Зов кукушки

Сиделка…

— Специалист может утверждать лишь одно: фотографии стерты; а сохранили их или похитили — это другой вопрос. Но, как вы сами говорите, такое возможно.

— Но кто же… Не хотелось бы подозревать сиделку, но кто еще мог на это пойти? С тех пор как ноутбук нам вернули, он хранился у мамы.

— Джон, вам доподлинно известно, кто посещал вашу матушку за последние три месяца?

— Думаю, да. То есть не на сто процентов…

— Вот именно. В том-то и сложность.

— Но зачем… зачем это понадобилось?

— Могу предположить, что причин было несколько.

— Я… я попробую. — Бристоу заговорил убитым, почти плаксивым голосом. — Она сейчас очень и очень слаба.

— Сочувствую, — чопорно сказал Страйк. — Я вскоре с вами свяжусь. Всего доброго.

Вернувшись с балкона, он запер за собой дверь и обратился к Уилсону:

— Деррик, покажи, как ты обыскивал эту квартиру.

Уилсон призадумался, а потом ответил:

— Сперва зашел сюда. Огляделся, вижу — балкон нараспашку. Я закрывать не стал. Потом, — он жестом позвал их за собой, — вот сюда заглянул…

Робин, которая шла сзади, заметила, что у Страйка слегка изменилась манера общения с охранником. Детектив задавал простые, конкретные вопросы о том, что брал в руки, трогал, видел и слышал Уилсон, переходя из комнаты в комнату."

"Под влиянием этих вопросов у охранника даже стали меняться движения.

— А потом, — Страйк открыл дверь и пропустил Уилсона вперед, — ты вышел…

— Вышел, — басовито подтвердил охранник, — и нажал кнопку лифта.

Он изобразил, как распахнул дверцы лифта, чтобы проверить, нет ли кого в кабине.

— Пусто… ну, я побежал вниз.