Золотой шут

Принц вылил кипящую воду в сосуд с травами и вернулся к камину.

– Моя мать рассказала мне, – негромко заговорил он, не оборачиваясь. Очевидно, мне не удалось его обмануть, и теперь он всячески делал вид, что ничего не замечает. – Они с Чейдом ужасно переживали из-за того, что не могли вытащить тебя из тюрьмы. Они все время спорили и никак не могли договориться. Мать твердила, что отправится в тюрьму и заберет тебя оттуда. Чейд отвечал, что она не должна так поступать, поскольку это подвергнет меня серьезной опасности.

Я не мог заставить себя посмотреть ему в глаза.

– Ты знаешь, что она имеет в виду, когда называет тебя Жертвенным? Ты знаешь, как моя мать к тебе относится? – Дьютифул подтолкнул хлеб ко мне.

Тут я посмотрел на него. То, что Кетриккен рассказала ему все, потрясло меня до глубины души. Я покосился на Олуха, дремлющего возле огня. Принц проследил за моим взглядом, но ничего не сказал, однако Олух неожиданно открыл глаза и повернулся к нему.

– Какая гадкая еда, – заметил принц, обращаясь к Олуху. – Как ты думаешь, тебе удастся найти на кухне что-нибудь получше? Каких-нибудь сладостей, например?

На лице Олуха расплылась широкая улыбка.

– Я знаю, что у них есть, и могу принести. Сушеные ягоды и яблочный пирог. – Он облизнул губы и встал.

Я с удивлением обнаружил, что на его куртке спереди красуется вышитый олень – герб Видящих.

– Отправляйся тем же путем, каким мы сюда пришли, пожалуйста.

Олух со значением кивнул.

– Важно. Да. Я помню. Я уже много времени знаю. Пройти сквозь красивую дверь; вернуться через красивую дверь. И только когда никто не смотрит.

– Хорошо, Олух. Прямо не знаю, что бы я без тебя делал. – В голосе принца я уловил удовлетворение и что-то еще.

Не снисходительность, но… Да, я понял. Гордость обладания. Он говорил с Олухом, как охотник со своим лучшим волкодавом.