Золотой шут

Однако я не мог оставить Лорел и выскочить за Джинной на улицу, чтобы все объяснить, даже если бы и хотел. Поэтому я остался молча сидеть на месте, пока Лорел не взяла себя в руки. Она выпрямилась и почти оттолкнула меня, а потом схватила кружку и залпом ее осушила. Мое пиво оставалось практически нетронутым.

– Я поступила глупо, – неожиданно заявила Лорел. – Пришла сюда, потому что слышала, будто здесь собираются Одаренные. Я надеялась, что кто-нибудь из них подойдет ко мне и я его прикончу. На самом деле они легко со мной справились бы.

Я смотрел ей в глаза, и мне вдруг стало не по себе. Похоже, Лорел начала задумываться о том, как следует убивать людей.

– Ты должна предоставить это грязное дело тем, кто…

– Им не следовало трогать мою лошадь, – мрачно прервала меня Лорел, и я понял, что она не станет слушать мои возражения.

– Пойдем домой, – предложил я.

Она угрюмо кивнула, и мы ушли из таверны. Холодные улицы озарял лишь тусклый свет, сочащийся из окон. Скоро дома остались позади, и мы зашагали по темной дороге, ведущей к замку.

– Что ты собираешься делать? – не удержался я от вопроса. – Уедешь из Оленьего замка?

– Куда? Вернуться домой к семье? Вот уж нет. – Она вздохнула. – И все же ты прав. Я не могу оставаться здесь. Каким будет их следующий шаг? Что может быть хуже убийства моей лошади?

Мы оба знали несколько ответов на этот вопрос. Остаток пути мы молчали. Однако я не ощущал в Лорел гнева, только настороженность. Ее глаза всматривались в темноту, она реагировала на малейший шорох.

– Это правда, что Одаренные собираются в «Заколотой свинье»?

Лорел пожала плечами.

– Так говорят. Впрочем, подобные слухи ходят и о других тавернах. «Корыто для Дара». Наверняка ты слышал эту фразу и раньше.

Я не слышал, но ничего не сказал. Возможно, в оскорбительных словах содержится толика правды. Есть ли в городе таверна, где собираются Одаренные? Кто знает? И что я там обнаружу?

Как только мы миновали ворота замка, я заметил спешащего нам навстречу «ученика» Охотницы.

Перед тем как пойти спать, я зашел на конюшню. Вороная равнодушно приветствовала меня.