Заноза для мажора

 — По-тихому или крайнего искать начнем?

— В смысле, крайнего? Нефиг бабу свою пускать было за руль. Ждем гайцов, — огрызается тот.

— Это меня нефиг пускать? — вспыхиваю я уязвленно. — Олень, ты правила давно перечитывал или права чисто покупал? Ты обязан был меня пропустить!

В этот раз я реально ни при чем, так как я ехала по главной! И вообще, несколько дней мы катались просто прекрасно, ни разу даже на посты ДПС не попали. Более того, я не только перестала путать педали, но и успела привыкнуть к габаритам, сроднившись с машинкой.

— Вот ты клюв свой еще пооткрывай, — шипят раздраженно. — А то едет курица с раззявленной варежкой, кроме носа ничего не видит.

А вот это уже наглость, уважаемые. Я хоть и девочка, и сила удара у меня объективно слабая, но вцепиться ногтями в чью-нибудь рожу могу запросто.

— У кого клюв? А ну повтори, у кого там клюв? — угрожающе надвигаюсь, но Волков мягко ловит меня за плечи.

— Не горячись, — успокаивают меня. — А ты, давай-ка, прояви побольше вежливости, — это уже обращаются к водителю Тойоты. — Если не ко мне, так хотя бы к присутствующим здесь девушкам.

— Да клал я на твоих девок. Две бухие, третья слепая.

— Я бы попросила, — обиженно шмыгает красным носом Даша. — Кто тут еще бухой!

— Закройся. Тебе слова никто не давал.

— Эй, товарищ, — снова остужает его Денис.

— Ля, вот прикопался. Нашелся моралист.

— Чувак, ну неужто тебе охота дополнительные проблемы разгребать?

— А кто мне их устроит? Ты? — сколько вызова в тоне. Видит, что по комплекции он грузнее, при том, что Волкова тощим назвать сложно.

— Могу и я, но оно тебе точно надо? — ответом становится плевок себе под ноги и отборный мат, который как-то умудряется сложиться во вполне осмысленное предложение.

"На последующие колкости в духе: «ты че, мамочке звонишь?» и «ну и когда разбираться начнешь, смелый наш?» Денис уже не считает нужным реагировать. Типа, фонит там на стороне че-то и фонит. Выдержка такая, что прям завидно становится. У меня лично так и чешется высказать все, что еле сдерживается пока в себе, но Вот-вот прорвется наружу.