Зимнее лето весны

"

"Я взгромоздилась на железную постель с колесиками, и Дима покатил ее по бесконечным коридорам.

– Чертова служба… – бубнил он, – ни поесть, ни поспать по-человечески… платят копейки, а требуют на миллион… Ну-ка, погоди тута!

Икнув в очередной раз, Дима припарковал «экипаж» у стены и исчез за дверью с надписью «Автоклавная». Я покорно лежала на спине, тихо радуясь, что меня не обрядили в ночную рубашку. Странные в этой больнице порядки. Накрыли меня противно-серым покрывалом, прямо в джинсах и пуловере, даже кроссовки не стянули, и сумка при мне осталась.

– Ну че, почапали? – весело поинтересовался Дима, выныривая в коридор.

Глаза санитара весело блестели, на щеках заиграл румянец. Похоже, в комнате, где стерилизуют инструменты, у алкоголика была припрятана бутылочка.

– Ну работенка… – опять занудил Дима, – отдыха никакого… который месяц на рыбалку хочу…

– Чего ж не едете? – подала я голос.

– Не отпускают, – пригорюнился санитар, – без меня тут работа встанет. Если Константин Семеныч, наш главврач, на неделю смоется – никто и не заметит.

– А правда, что? – для поддержания разговора поинтересовалась я.

Дима хрюкнул.

– Помрет он!

– Да ну?

– Точняк. Врачи у нас дураки, а медсестрам все по хрену. Они за бесплатно даже не чихнут. Лежит в травме? Без гипса и гири? Значит, так надо! На все укоры у девок один ответ: врач указаний не давал, мы средний медицинский персонал, своего мнения не имеем. Тебе еще свезло, фамилия хорошая.

– Вы считаете, Тараканова благозвучная фамилия?

– Для жизни нет, – заявил Дима, – но для больнички супер. Хуже всего всяким Васильевым, Петровым, Ивановым.

– Да уж, обхохочешься, – согласилась я.

Дима втолкнул каталку в небольшую комнату и велел:

– Переползай на кровать!

– На ней белья нет, – осторожно заметила я.

– Сразу ничего не бывает, – философски отметил Дима.