Жизнь Будды

Он низко опустил голову, а в ушах у него звучали голоса Богов, которые потешались над ним.

— Ты потерпел поражение, Мара, — говорили они, — ты стоишь, погруженный в раздумье, словно старая цапля. Ты стал бессильным, Мара, подобно старому слону, который быстро увязает в болоте. Ты полагал себя героем, но ты слабее больного, брошенного в лесу. Что толку от твоих дерзких слов? Они столь же бесполезны, как болтовня ворон.

Мара подобрал кусок мертвого дерева и начал чертить фигуры на песке. Три его дочери, Рати, Арати и Тришна, были крайне напуганы этим грустным зрелищем.

— Отец, почему ты такой печальный? — спросила Рати.

— Меня победил человек, похожий на святого, — ответил Мара. — Он оказался неуязвимым и для моей силы, и для моей хитрости.

— Отец, — сказала Тришна, — твои дочери прекрасны; они попытаются обольстить этого человека.

— Мы пойдем к нему, — продолжала Арати, — мы закуем его в цепи любви, мы приведем его к тебе, смиренного и умоляющего о милости.

Они явились к Будде и запели:

— Друг, наступила весна, прекраснейшее из всех времен года.

Деревья стоят в цветах; нужно веселиться! Твои глаза прекрасны, они сияют чудесным светом; ты несешь на себе приметы всемогущества. Взгляни на нас: мы сотворены для того, чтобы давать наслаждение и смертным, и Богам. Вставай и будь с нами, друг; полной мерой испей свою сияющую юность; отбрось серьезные мысли. Взгляни, как мягки наши волосы; цветы одолжили свой аромат их шелковистости. Загляни в наши глаза, в которых дремлет вся сладость любви. Посмотри на наши теплые губы, подобные плодам, созревшим на солнце. Взгляни на наши круглые твердые груди. Мы проплываем с грацией лебедиц; мы знаем песни, которые чаруют и услаждают; когда мы танцуем, сердца бьются быстрее, пульс учащается. Приди, друг, не отвергай нас; воистину, глуп тот, кто отбросит сокровище. Взгляни на нас, повелитель; мы — твои рабыни.

Но песня их не тронула Благословенного. Он лишь нахмурился в сторону молодых девушек, и они тотчас превратились в отвратительных старух.

В отчаянии они вернулись назад.

— Отец, — рыдала Рати, — посмотри, что он сделал с нашей юностью и красотой.

— Любовь никогда не поразит его, — сказала Тришна, — ведь он сумел противостоять нашим чарам.

— Ох, — вздохнула Арати, — как жестоко он наказал нас.

— Отец, — взмолилась Тришна, — излечи нас от этой безобразной старости.

— Верни нам нашу юность, — кричала Рати.

— Верни нам нашу красоту, — плакала Арати.

— Мои бедные дочери, — ответил Мара, — я скорблю о вас.