Жестокий обман

Дело в том, что в ней почти никто не жил, личных вещей мало, и ФБР не сможет найти ничего полезного, если только не захочет узнать, каким кремом для бритья или дезодорантом пользуется парень.

И давайте будем честными: хотя федералам все равно, чем он пахнет, я, признаться, не прочь понюхать его восхитительный лосьон после бритья — мускусный, цитрусовый, мужественный. И все это Даниил. От его запаха у меня кружится голова; как от наркотика, он проникает прямо в вены.

Я заставляю взять себя в руки, внутренне укоряя свое либидо за то, что оно так жаждет его запаха.

А этот поцелуй…

Господи, я до сих пор вижу звезды, когда вспоминаю его рот на своем.

Но я также знаю, что для него это ничего не значило.

Я слегка покачала головой. Он не заслуживает ни минуты больше моих мыслей. Бросив пищащую игрушку Эрис, я опускаюсь на колени и собираю разбросанные по полу бумаги. Я быстро справляюсь с этой задачей, рассматривая каждый листок бумаги, когда подбираю его и добавляю в стопку в своих руках.

Но все они содержат цифры. Случайные числа, которые не имеют для меня ни малейшего смысла. Числа разложены по столбцам и строкам, но без слов, как кто-то может понять, что они означают? После десяти минут упорядочивания, сортировки и дополнительной уборки я не нашла ничего ценного. Или, по крайней мере, то, что, по моему мнению, могло бы представлять ценность.

Дейдра связалась со мной вчера вечером и попросила о личной встрече на этой неделе. Хотя мы общаемся с помощью зашифрованной платформы обмена сообщениями ФБР, личные встречи предпочтительнее и гораздо менее рискованны. Она хочет получить свежую информацию, а я хочу дать ей хоть что-то — хоть какую-то информацию.