Жеребец

* * *Восемь часов спустя

Распахнула входную дверь, включила свет в коридоре и опустошенно села на банкетку в прихожей. Телефон молчал, никаких новостей про Эрика так и не последовало, хотя Жан обещал написать, как только что-нибудь будет известно. Моё сердце сжималось в груди от страха и боли. «Только бы с ним всё обошлось, и его скорее выпустили на свободу!» Не хотелось даже думать, что наркотики принадлежали ему…

В эту секунду телефон в кармане завибрировал, и я стремительно выудила его, с надеждой посмотрев на экран.

– Папочка, привет!

– Привет, привет, дочка… – вот только голос на том конце не сулил мне ничего хорошего. – Ты теперь у нас звезда…

– Что?.. – спросила удивленно, ощущая странный металлический привкус во рту.

– Ну, товарищ перекинул статью, а там твои фотографии… Шикарная яхта, золотая молодежь… Быстро же ты оперилась! Красиво жить не запретишь, да, дочка?! Так ты просиживаешь штаны в библиотеке?! А потом оказывается, моя дочь гостит на яхте у наркодилера… – его голос дрогнул от зла, и я убрала трубку подальше от уха, обреченно прикрыв глаза.

– Селеста, ты меня слышишь?!

– Дааа…

– Ты уже вернулась домой?

– Да…

– Я возвращаюсь завтра вечером! Тогда и поговорим…

Он отключился, а я тяжело вздохнула. Прощай, моя счастливая жизнь! Весь вечер старалась дозвониться до Жана или Эрика, но тщетно.

В сети было полно статей о скандальной вечеринке на яхте в Монако. Там говорилось, что сына медиамагната Уильямса продолжают удерживать в полицейском участке до выяснения всех обстоятельств…

Даже не переодеваясь, улеглась в кровать, ощутив дикую усталость во всём теле. Я так остро нуждалась в нём, хотя бы просто услышать этот уверенный, чуть хрипловатый баритон, который тут же заставлял сердце подпрыгивать, словно на батуте…

* * *"

"Проснулась, так и не ощутив себя отдохнувшей.

Еда не лезла. Выпила апельсинового сока, быстро скидала книги в сумку, и выпорхнула за дверь, надеясь отвлечься хоть немного на учебе.

Водитель Алекс довез меня до нужного корпуса университета. Сегодня он был особенно мрачным и молчаливым, будто знал чего-то, чего не знаю я.