Женский приговор

Редко-редко, если после «Времени» шел очень хороший художественный фильм, Надежда Георгиевна позволяла дочери задержаться у телевизора.

Но студент-медик не может уходить на покой в половине десятого вечера. Объемы знаний там таковы, что нужно засиживаться ночами, а Анька не в состоянии уснуть при свете.

Потом, студенческая жизнь – это не только учеба, это компании, друзья, и хоть страшновато об этом думать, но и девушки. Гораздо спокойнее, когда все это происходит у родителей на глазах, они видят, с кем общается ребенок, и могут предостеречь или, наоборот, поощрить его выбор.

Переселение Ани к бабушке оказалось сложнейшей операцией, сравнимой с высадкой в Нормандии.

Сначала пришлось уламывать бабушку. Впрочем, та довольно быстро согласилась, но выдала полную порцию «я старая дохлятина, давно пора мне было умереть и освободить комнату, а я вот все скриплю» и «для детей и внуков я готова пойти на любые подвиги и лишения.

Дальше начались проблемы с Анькой, убежденной, что отдельная комната для брата – это слишком жирно, поэтому она никуда не переедет из принципа. Это что ж, у папы с мамой нет своей комнаты, у бабушки теперь не будет, у нее не будет, а Яшка станет один шиковать? Доля справедливости в ее речах присутствовала, поэтому Надежда Георгиевна предложила компромисс: Аня живет у бабушки, но сохраняет за собой половину письменного стола в детской и имеет право делать на нем уроки.

Дочка согласилась, но тут появился следующий камень преткновения. У бабушки в комнате возле кровати стоял на комоде огромный будильник, который тикал так оглушительно, что слышно было из коридора. Бабушка привыкла, а Аня не могла заснуть под эти звуки и потребовала часы убрать. Бабушка уперлась, она, видите ли, часто просыпается по ночам, и ей необходимо знать точное время.

"После этого Аня наконец вселилась. Надежда Георгиевна вдруг вспомнила, как дочь, развешивая свои платья в бабушкином шкафу, обернулась к ней и тихо сказала: «Когда мне это было нужно ради Мийки, ты не захотела, а для Яши – пожалуйста».