Жена для генерального (СИ)

И именно он смог обнаружить след бывшего зама Герасимова. Живого и невредимого.

– Он уже пошел на контакт? – я указал на фото поджарого седого мужчины, который настойчиво тянул куда-то за руку молодую женщину.

– Неохотно. Этот Шульц никому не доверяет. Пришлось выложить на стол все карты, чтобы заговорил. Но пока причина его удивительной живучести остается загадкой.

– Думаешь, компромат?"

"– Вряд ли после стольких убийств Герасимов воспылал состраданием к своему бывшему заму. – Кресло под Димой скрипнуло. Поза моего безопасника стала напряженной.

Я обхватил голову руками и глубоко вдохнул. За год мы еще никогда не подбирались к Герасимову так близко. Хороший компромат был бы намного эффективнее, чем признание одного-единственного снайпера, который даже деньги за свои услуги так и не получил.

Мы бы упекли Герасимова всерьез и надолго. Казалось, оставался один шаг до свободы.

– Дима, сам знаешь, у всего есть цена. У этого компромата она тоже должна быть. Я готов раскошелиться.

– Боюсь, одними деньгами в этом случае мы не обойдемся, – Штерн вдруг перешел на загадки.

– Липовые документы, гражданство любой страны мира – я готов.

Будто доктор, который имеет дело с тяжелобольным пациентом, Дима покачал головой. Но задал лишь один вопрос. Самый правильный.

– Больше не можешь? – Он даже не ухмылялся.

– Не могу. Совсем.

Говорить правду было легко. Встреча в Воронеже принесла свои плоды.

– Хорошо, – Штерн встал. – Готовь деньги. Я подключу кого следует. Но не обещаю, что все будет легко и просто. Мне нужно как минимум дней десять. А в идеале – пару недель.

– Чем быстрее – тем лучше.

Кажется, я уже научился от этого еврея привычке торговаться.

Дима красноречиво хмыкнул, но спорить не стал. Как обычно, не прощаясь, он направился к двери. Не оборачиваясь, вышел.

Через несколько секунд за стеной стихли шаги, и в моем кабинете повисла тишина.

Минуту.

Другую.

Третью.

Мне почему-то даже компьютер включать не хотелось. Перед глазами все еще мелькали лица пропавших. На сердце что-то неприятно тянуло. А вскоре телефон разродился входящим сообщением.

Абонент, который направил его, не числился в списке моих контактов. Я знал его номер, но никогда не вызывал со своего телефона. Лишь с одноразовых. Редко.

А текст...