Жалостью к врагам не страдаем

А с тобой базарить не вижу смысла. Тем более без адвоката.

– Адвокат, говоришь, тебе нужен?

– Обязательно!"

"– Хорошо! Это можно организовать. Как ты смотришь на то, чтобы твои интересы представляла госпожа Людмила Сергеевна Ворон? Помощник и любовница некоего господина Дроновского? У нее нет юридического образования, но я готов закрыть на это глаза.

Горбушин вздрогнул:

– Какая Ворон? Какой Дроновский? Ты чего лепишь, начальник?

– Слова подбирай, урод! А то я быстро заставлю тебя уважать власть. Значит, не знаешь ни Людмилу Сергеевну, ни Константина Аркадьевича?

– Не знаю!

– А чего так напрягся?

– Я не напрягся.

Я хочу, чтобы вы оставили меня в покое!

– Желание объяснимое, но… невыполнимое, к твоему величайшему сожалению.

Чернышев достал из кармана кассету. Показал ее главарю местной банды:

– Здесь, Горбун, твои разговоры и с сыном хозяина дома, и с твоими корешами Кисловым и Кубаревым! Припоминаешь вечерний разговор у тачки в деревне?

– Нет!

– Вспомнишь, когда прослушаешь пленку.

Но тогда уже пойдешь под полную раскрутку, и начальник РОВД Андреев тебе не поможет. Хотя… можно и по-другому поступить. Задержать Кислого, Кубарева и Семенчука, а тебя отпустить. Ты же действительно вроде как бы ни при чем. Дома пытались поджечь они, ты сидел в машине. Подельникам объяснить, что ты сдал их. А копии протоколов и записи кассеты передать госпоже Ворон. Надежный канал найдем. Отец поможет. В итоге получится, что ты сдал всех. И подельников, и боссов. Как считаешь, Ворон простит предательство? Я думаю, что нет! Не такая она баба! А следовательно, жить тебе останется недолго. Кореша пойдут на зону, а ты…

Горбушин воскликнул:

– Вы не сделаете этого!

На этот раз изумление изобразил Чернышев.

– Почему? Ну на кой черт мне возиться с тобой? Закрыть дело и подельников хватает. Ты в принципе не нужен. С тобой пусть Ворон разбирается. Да, так мы и поступим. Так что давай, сниму наручники – и проваливай ты на все четыре стороны.

– Я никуда не пойду!

– Что так?

– Пусть уж лучше менты прессуют, чем Ворон!

– Значит, ты готов во всем чистосердечно признаться?

– Один вопрос, начальник, можно?

– Давай!

– Дроновского и Ворон закроют?

– Ну, это зависит от того, какие против них у правоохранительных органов будут улики.

– Весомые улики! Такие, что на нары определить можно легко!

– Наконец-то ты врубил мозги. Правильно мыслишь, Горбун. Если посадят Дроновского и Ворон, то и ты отсидишь свой срок спокойно.