Жалостью к врагам не страдаем

Вот и пришлось бить на опережение. По яйцам, да в челюсть. Что с промежностью, могу только догадываться, а вот челюсть в хлам.

– Кеба должен был вопить, даже через ленту."

"– Должен, но терпит. Мы с ним соглашение заключили: если пикнет, я ему еще и клещи переломаю. Потому и молчит. Терпит!

Андрей улыбнулся:

– Ясно! Кислого к тебе сейчас подведет Авдеев, а я доставлю Семена. Соберем их во дворе дома родственников.

– Понял!

Дементьев позвонил Чернышеву.

Капитан тихо ответил:

– На связи, командир!

– У нас все в порядке! Кислый, Кеба и Семен нейтрализованы.

– Понял!

– Ты тачку вместе с ним к дому родственников подгони.

– Добро, но не сразу. Сначала поговорю с козлом. По свежачку, да с испуга, может, расколется по полной!

– Ничего не имею против.

– Все, Андрей, работаю. Конец связи!

…Отправив подельников на поджог домов, Горбушин развалился на переднем пассажирском сиденье. Закурил. Стряхивать пепел в окно было неудобно, и он приоткрыл дверцу внедорожника, поэтому в зеркало заднего вида не мог видеть то, что происходит непосредственно справа от машины.

– Лежать тихо, урод, иначе вышибу мозги! И лапы за спину, быстро!

Горбушин подчинился.

– Вот так, ублюдок! Доигрался. Тебя мама в детстве не предупреждала, что игры с огнем до добра не доводят?

Горбушин, справившись с испугом, спросил:

– Кто вы? Зачем наручники?

– А ты еще не понял, господин Горбушин? Объясню! – Капитан рывком поднял главаря банды на ноги, толкнул к машине.

Горбушин сел на прежнее место. Чернышев рядом.

– Бензином пахнет. Канистры, что ли, неплотно были упакованы?

Бандит изобразил непонимание.

– Какие канистры? Какой бензин? Что вам от меня надо? И кто вы, наконец?

Капитан ответил:

– Я – твоя проблема, Горбун! Очень большая проблема!

– Не понимаю…

– Поймешь, когда въедем в деревню и я вызову из города – подчеркиваю, из города, а не из района – наряд милиции.