Одиночка: Одиночка. Горные тропы. Школа пластунов

Говорит, при осаде их первыми развалят. Не положено. Выходит, парня только в примаки брать.

– А ежели какой из пустых им попросить? – тут же предложил Елисей.

– Да кто ж его им отдаст? – удивилась Радмила. – Тут перед комендантом хлопотать надо. В таком разе парню придется в гарнизоне состоять.

– А он что, не реестровый? – насторожился Елисей.

– Реестровый, – кивнула бабка.

– Ну, так значит, и надо к коменданту идти. Ему семейный казак в крепости совсем не лишним будет. А чего, дядька Святослав помочь не хочет? Мне вон предлагал.

– Так то тебе, – усмехнулась бабка. – Ты ему выученик. Да и хлопот с тобой и нет вовсе. Сам в гарнизоне оружейником и стрелком пишешься. А парень этот Святославу никто. Только и знакомства, что за Марьей бегает. Тут уж родичи его сами хлопотать должны.

– Тоже верно, – растерянно протянул Елисей. – Ладно. Давай пока с домом решим, а там видно будет. Ежели сладится у них, и корову, и маслобойку Марье в приданое отдам. Ей нужнее.

– А себе? – растерянно спросила бабка.

– А себе я еще добуду, – усмехнулся Елисей.

– Отец его обещал на следующей седмице сватов заслать, – понизив голос до шепота, сообщила бабка.

– Добре. Тогда в разговоре со сватами так и говори. Мол, и корова за невестой есть, и маслобойка, и двадцать пять рублей серебром. Ну, и то, что там у тебя в сундуках отложено, – заговорщицки подмигнул бабке Елисей, тоже начиная шептать.

– Откуда ж двадцать пять? – ахнула бабка.

– Я дам. Марье не жалко, – отрезал Елисей и вышел из комнаты."

"Близнецы сидели на лавке в его комнате. Судя по красным глазам Александры, девочка плакала, но стоило только парню войти, как близнецы, дружно поднявшись, шагнули вперед и склонились в глубоком, земном поклоне. Не ожидавший этого парень растерянно замер, ожидая продолжения. Ребята выпрямились, и Миша, шагнув вперед и глядя ему в глаза, тихо, но твердо произнес:

– Спаси тебя Христос, Елисей, что не бросил в беде.

– Господь с вами, ребятки, – сглотнув вставший в горле ком, прохрипел Елисей. – Живите спокойно. Пока я жив, вы ни в чем нужды знать не будете. Вы главное, учитесь. Всему, чему только сможете. Особенно ты, Миша. Александре тут проще. Ее стезя – замуж идти. А ты учись.

– Стану учиться, Елисей.