Запад-81 (СИ)

— В Советском Союзе не существует должностей министров, а наша партия называется ВКП(б), — потемнел лицом «гэбист».

— Совершенно верно, товарищ старший лейтенант госбезопасности. В этом времени ещё не существует, но лет через десять будет введена. И примерно тогда же Всесоюзная коммунистическая партия (большевиков) будет переименована в Коммунистическую партию Советского Союза.

Он вынул из кармана красную книжечку, на обложке которой было написано: «Пролетарии всех стран, соединяйтесь. Коммунистическая партия Советского Союза.

ЦК КПСС».

— Вы пока изучайте, товарищ старший лейтенант госбезопасности, а мы с товарищем полковником лестницу подержим, чтобы мои пассажиры с неё не упали.

И действительно, по ступенькам, лицом к самолёту, стал спускаться очень пожилой мужчина в очках и фуражке с золотым витым кантом. На удивление, достаточно уверенно для своего возраста. И тоже в погонах!!! Золотых!!! На которых правда, был вышит герб Советского Союза. А орденских планок на кителе… Такие Вильгельм Фридрихович видел у иностранных военных.

Но если допустить, что «гости» всё-таки носят советские награды, то получится очень интересно: только ленточек какого-то высшего (по нахождению на орденских планках) ордена начальник аэродрома насчитал десять штук. Плюс звезда Героя Советского Союза и две звезды Героя Социалистического труда. Грубоватое лицо, широкий жёсткий рот.

— Спасибо, товарищи, — поблагодарил старик помощников, и лётчик махнул рукой следующему пассажиру, тоже пожилом и одетому в такую же форму.

Как выяснилось, различия были в орденских планках и погонах: у этого золотом была вышита единственная огромная звезда.

— Товарищ старший лейтенант госбезопасности, — обратился тот, что с гербом на погонах, отдав честь. — Нам с товарищем Ивашутиным нужно как можно скорее попасть к товарищу Берии и товарищу Сталину. Возможно, к ним обоим вместе.

Сотрудник ГУ ГБ растерялся.

— Я понимаю всю нетривиальность просьбы, но и ситуация далеко не тривиальная. Насколько я знаю, очень нечасто к главе правительства и наркому внутренних дел прибывают члены Политбюро и руководители разведки из будущего, отстоящего на сорок лет от сего дня.

Пётр Иванович, предъявите, пожалуйста, товарищу старшему лейтенанту госбезопасности свои документы, а я предъявлю свои.

У Каминского голова шла кругом от этих слов. Можно было бы предположить розыгрыш, но так разыгрывать кого-либо невозможно. Даже не из-за того, что оба гости носят форму так, словно всю жизнь в ней провели.