Заноза для хирурга (СИ)

— Никита Сергеевич, я, к своему глубокому сожалению, услышал сейчас кое-что, что мне очень не понравилось. Если бы в своё время я позволил себе так кричать на девушку, к которой… — Герман Эдурадович внезапно останавливается и внимательно смотрит на растерявшегося Добрынина. — Даже если она моя подчинённая. Особенно, если она моя подчинённая! Мало вас родители в детстве пороли, Никита Сергеевич, раз вы считаете допустимым столь недостойное поведение.

Я смотрю на эту сцену круглыми глазами, а потом вижу невероятное! Главный хирург отделения… краснеет! На скулах расцветают пятна — он выглядит, как мальчишка, пойманный на «месте преступления», смущённо бурчит что-то себе под нос и вылетает из палаты на всех парах.

— Герман Эдуардович, это что сейчас такое было? — с изумлением смотрю на дверь, а потом поворачиваюсь к мужчине.

— Аннушка, за вас давно нужно было вступиться. Никита Сергеевич, как бы это сказать, — старик вздыхает, — в некоторых вещах разбирается на уровне, несоответствующем его возрасту.

Я фыркаю от этой дипломатии.

— А невоспитанным подросткам, знаете ли, неплохо время от времени напоминать о правилах хорошего тона — даже если они уже хирурги-профессионалы под два метра ростом, — хмыкает мужчина. — Ну, будем надеяться, рано или поздно он повзрослеет и разберётся. Лучше бы, конечно, рано, хотя сложно на это рассчитывать, учитывая некоторые обстоятельства.

— Что-то я ничего не понимаю, — развожу руками."

"— Да это я так говорю, Аннушка, вы уж извините старика, — он улыбается.

— Да, пойдёмте! — подхожу и беру мужчину под руку. — Должна вам сказать, Герман Эдуардович, что выглядите вы просто шикарно! Была б я чуть поближе к вам по возрасту, мне бы угрожала серьёзная опасность потерять голову!

Мы оба смеёмся.

— В молодости вы, наверное, были сердцеедом? — хитро смотрю на него.

— Нет, дорогая моя, — качает головой Герман, — я рано влюбился. Её тоже звали Анна, вы помните, я говорил вам об этом?

— Конечно, — киваю, приноравливаясь к шагам моего спутника.

— Да, она тоже была Аннушка, — у меня даже глаза пощипывает, такой любовью наполнен его голос, а мужчина продолжает: — Мы прожили вместе пятьдесят три года, а потом её не стало. Сердце…

— Мне очень жаль, — говорю тихо.

— Мне тоже, — отвечает он. — Но, знаете, — продолжает уже более крепким и уверенным голосом, — я безумно благодарен за все те годы, которые мы провели вместе. Рано или поздно мы встретимся.