Замуж по контракту

Я снова тянусь к стакану с водой, но вдруг понимаю, что тело не слушается меня.

Мне приходится собрать все силы, чтобы попасть ладонью по стеклу. Я жадно обхватываю стакан, все же надеясь выпить еще немного воды. Может, полегчает? Может, я переоценила свои силы, а на самом деле едва соображаю из-за стресса?

Воздух падает тяжелым грузом на грудь, я вдыхаю каждый глоток с трудом и чувствую, как начинает кружиться голова. Я отпускаю стакан, боясь обронить его на себя, и поднимаюсь с места. Мне нужно в уборную, нужно ополоснуть лицо и прийти в себя.

Влад трогает мое запястье. Могу поспорить, что он с вопросом смотрит на мое лицо, но я не опускаю взгляд на него. Я вижу вдалеке дверь и она становится моей единственной целью. Я делаю шаг за шагом, киваю официанту, который открывает передо мной дверь и, к счастью, быстро ориентируюсь, куда идти дальше.

Направо.

Еще немного."

"Когда серая лакированная дверь туалета захлопывается за моей спиной, я буквально оседаю на мраморную столешницу. Мой золотой браслет звонко бьется об камень, заставляя поморщиться, а отражение в зеркале кажется едва знакомым.

Черт, со мной происходит что-то непонятное. Прилив слабости сменяется дикой эйфорией.

И…

Связно думать не выходит. Я открываю кран и зачерпываю побольше, обливая лицо. Мне уже плевать на макияж, и на платье тоже. Хотя шелк тут же промокает и пошлейшим образом обрисовывает мою грудь. На мне нет белья, открытое платье на бретельках не предполагает, что между ним и твоим телом будет хоть что-то.

Я слышу стук в дверь.

— Лена? — голос Влада звучит напряженно. — Ты тут?

Его слова доносятся как сквозь толщу воды. Мне становится смешно, потому что я сама стою мокрая насквозь. Я закрываю лицо ладонями и глупо хихикаю, хотя на глаза просятся слезы. Со мной такое впервые — мои эмоции попадают в зону турбулентности, заставляя испытывать то одно, то противоположное, то всё разом.

Дверь резко распахивается, и я вижу Влада на пороге.

— Что с тобой? — бросает он, касаясь моего плеча.

Он хочет развернуться меня к себе, а я не могу стереть широкую улыбку с лица. Сама не знаю, почему улыбаюсь, но скулы как будто сводит сумасшедшим беспричинным счастьем.

— Я тут всё разлила, — произношу и едва узнаю собственный голос, он звучит сбивчиво и едва различимо.