Законник Российской Империи

Я мельком взглянул на страницы — там уже было более тысячи записей о моих проигрышах. Это немного раздражало, но я старался не подавать виду.

— Что ж, Максим, — сказал дедушка, убирая книгу, — на сегодня достаточно. Ты показал себя достойным противником.

Я сдержанно кивнул, понимая, что это лишь вежливость, он всегда так говорит. До достойного противника мне было еще очень далеко.

— Благодарю за игру, дедушка, — ответил я, вставая из-за стола. — Могу я идти?

Получив утвердительный кивок, я покинул библиотеку.

Выйдя в коридор, я глубоко вздохнул, наслаждаясь свободой. Шахматы — это, конечно, полезно, но иногда они утомляли меня до невозможности. Да и практичной ценности я от этой игры не видел, скорее, это была возможность поблагодарить старшего родственника за то, что я имею сейчас. Мне несложно, а ему приятно.

Возвращаясь в свою комнату, я увидел перед ней Милу, которая явно ждала меня. Едва я появился, она низко поклонилась.

— Почему ты здесь, разве тебя не должны были отослать домой?

Девушка вздрогнула от вопроса, как от пощечины, а после посмотрела на меня глазами, в уголках которых собиралась влага.

Глава 3

— Молодой господин, — начала служанка дрожащим голосом, низко кланяясь, — я… я не знаю, как выразить свою благодарность за то, что вы сделали сегодня. Вы защитили меня, никто другой не осмелился бы.

Её слова, наполненные искренней признательностью, заставили меня почувствовать странное тепло в груди.

— Это мой долг — защищать своих людей и моя ответственность как аристократа и представителя рода Темниковых.

Разве я мог остаться в стороне? — пожал я плечами. — И все же, почему ты не отправилась домой? Разве бабушка не приказала отослать всех служанок?

Девушка подняла на меня взгляд, полный боли и отчаяния. По её щекам покатились маленькие хрустальные слезы, оставляя влажные дорожки на бледной коже.

— Молодой господин, — прошептала она, словно боясь, что кто-то может подслушать, — мне… мне некуда идти. Мои родители продали меня сюда в качестве служанки.

Я не нужна им, у меня нет дома, куда можно вернуться. Это место — единственное, что у меня есть.

Её слова ударили меня, словно молот. Я вспомнил свою прошлую жизнь, где подобное обращение с детьми считалось преступлением. Но здесь, в этом мире, такая судьба, видимо, была в порядке вещей, просто я до этого с подобным не сталкивался.

— А ты знаешь, Мила, в чем-то мы с тобой похожи. Я тоже живу без отца и матери.