Заклятие – (не)покорная для бывшего (СИ)

Идем наверх.

Подслушано

Эритар вошел в спальню и посмотрел на девушку, свернувшуюся клубочком в кровати. Злость и нежность создавали в душе грозу, будто холодный и горячий воздух сталкивались и смешивались. Мужчина мягко запрыгнул на кровать и откинул покрывало. Легкая телесного цвета сорочка, чуть светлее ее кожи, смотрелась очень красиво. Хотелось провести по шелковой ткани рукой, ласкать сквозь кружева тело.

— Спишь? — спросил он.

— Нет, — открыла глаза Беатрис, прищуриваясь как хищница. — Злишься?

— Безмерно.

— Но ты не сделаешь того, о чем говорил?

— Никогда.

Беатрис недоверчиво посмотрела.

— Ты был очень страшный. Никогда тебя таким не видела, — сказала она. — И моя магия. Ты как так быстро ее ограничил?

Эритар покачал головой."

"— Я не хочу больше повторять, — сказал он. — Давай заключим перемирие. Этот Мобанар опасен для нас, потому что я схожу с ума от ревности. Страшно подумать, чем все кончится, если ты продолжишь вести себя как всегда.

— Прости меня, — вдруг опустила взгляд Беатрис.

Он ошарашено отшатнулся.

— Ты сейчас извинилась? — спросил он.

— Мне жаль, что я заставила тебя ревновать. День был безумным. Меня оскорбила Эвиан, служанка указывала мне на мое место. Она сказала, что я ниже слуг и была права. Я очень страдаю от того, что происходит и хочу вернуть себе контроль. Антари смотрел на меня и жалел.

— Не произноси его имя, — сквозь зубы прошипел Эритар.

Первая часть ее речи вызвала у него сочувствие, но остальное… Проще было убить темноволосого, наплевать на помощь семьи Мобанар и действовать самим.

— Тебя так забавно накрывает, Эритар, — прошептала Беатрис. — Но нет причин так нервничать.

— Нет причин? — вскричал он. — Ты хоть представляешь себе, какая ты? Каково это быть с тобой рядом?

Она обхватила его за талию и прижалась к бедру головой.

— Эвиан назвала тебя мазохистом.

Он хрипло рассмеялся.

— Ты сейчас опять шутишь?

— Нет, — Беатрис немного проползла на спине, устраиваясь удобнее. — Я цитирую.

— Я ей покажу мазохиста… — мрачнея прошипел Эритар.

— Что ты сейчас хочешь сказать? — глаза Беатрис превратились в узкие щелочки, вертикально блеснула зеленая молния. — Не собрался ли ты ей исповедаться в своих пристрастиях? Или демонстрировать их?

— Тебе тоже не чужда ревность, кошмарище? — мужчина потрепал ее по темным спутанным волосам.

— Не знаю, что значит это слово. Ты не можешь любить кого-то еще, так ведь? — вздернула нос Беатрис.

— Не могу, — признался он. — Пытался, но с этим полный провал.