Взять живым мёртвого

Не по злобе, а хоть какого-то человеческого общения ради! Но не могу, ить самого потом стыд замучает.

– И не говори, Митенька, – уныло поддержала Яга. – Даже меня, старуху, от подобной карамельности на какую ни есть подлянку полукриминальную тянет. На мостовую плюнуть, что ль?

– Есть лучше предложение, – поспешил вмешаться я. – Идём вон в то заведение с кружкой над входом и выпьем местного пива для успокоения нервов. Но не просто так выпьем, а за здоровье царя Гороха с супругой и всяческое процветание родного Лукошкина!

– За родину, короче, – согласились мои сослуживцы.

Мы дружно свернули с улочки, прошли десяток шагов вниз и попали в местное кафе. Ну или трактир, или кабак, или пивную, или как у них там по-чешски называются подобные заведения.

Внутри царил уютный полумрак, ни одного окна, зато полыхал камин, и на каждом из четырёх столов горели толстые свечи. Мы уселись за свободный: Митя и Баба-яга с одной стороны, я с другой. Подскочившая девица с роскошной грудью и впечатляющими бёдрами улыбчиво спросила:

– Цо паньство буде пить?

– Пиво, – за всех ответил я.

– Трши пива, – кивнула девица и, шурша по полу длинными юбками, ушла к стойке.

Буквально через минуту она поставила три большие глиняные кружки с пенной шапкой на стол и спросила ещё раз:

– Цо паньство буде исть?

– Мясо, хлеб, сыр, колбасу, – наугад ответил я, получив одобрительный кивок, улыбку и игривое подмигивание.

– Где ж вы так по-чешски говорить навострились?

– Сам не знаю, Мить, – пожал плечами я. – По-русски говорю, наверное, они и так понимают.

– Да просто жили раньше на земле славян три брата: Лях, Чех и Рус, – вспомнила Баба-Яга слова польского таможенника, – от них ужо и пошли все наши народы, – пояснила она, приложившись к кружке. Белая пена осела у неё под носом дедморозовскими усами, но старушка довольно прищёлкнула языком. – Да пейте уже, чего там!

– Звучит как тост, – приподнялись мы с Митькой, осторожно чокаясь глиняными кружками.

Пиво было невероятно вкусное и пилось легко, весело и умиротворительно, а самое главное, не било по мозгам, оставляя голову ясной.

– Девушка, можно пиво повторить, пожалуйста!

– Ано, пан офицер!

Потом к нам подсели двое толстых стражников с добродушными красными лицами, словно близнецы бравого солдата Швейка. Выпили, поговорили о службе.