Выжженая земля. Тетралогия

— Здесь — еще не весь народ, Сергей Николаевич, — мягко замечает замдиректора ФСБ. — Мы обязаны думать и о других. А они устали от войны! Вас могут не поддержать наши же граждане! И мы просто обязаны учитывать и их мнение тоже…

— Интересно, товарищ генерал-лейтенант, у вас там, случаем, парочка правозащитников не окопалась в руководстве?

— Что ж вы, право слово, о нас так плохо думаете? — обижается Широков. — А то я не знаю, что собой представляет данная публика. Нет уж, нам такие кадры не нужны.

Словом, общего языка мы не нашли.

В этот раз.

Наверное, будут и другие встречи, на которых меня станут подо что-то еще подписывать.

Не знаю.

Устал я.

От всего устал — ничего уже не хочу. Спать хочу, тепла мне не хватает!

Что-то мелькнуло на периферии зрения, какое-то слабое движение…

Сворачиваю в сторону (домой я пошел пешком, отказавшись от предложения подвезти) и делаю несколько шагов.

Котенок.

Совсем еще маленький.

Серенький и трогательно усатый.

Сжался весь в комочек и смотрит на меня черными бусинками глаз.

— Иди сюда, — протягиваю ему руки. — Жаль, что покормить тебя нечем, но дома есть. Пойдешь со мною?

Он обнюхивает мои ладони и внезапно делает шажок вперед. Разъезжаются в стороны маленькие лапки — да ты совсем еще крошка!

Подхватываю почти невесомое тельце и прячу котенка за пазуху.

— Грейся, тут тепло…

Пока я дошел до дома, котенок уже пригрелся и тихонечко посапывал носиком. Он даже не проснулся, когда я осторожно выкладывал его на одеяло.

А вот покормить… с этим оказались проблемы.

— Да уж прокормим котейку-то… — покачала она головой. — Не переживай… надо же, кота пожалел…

Неужто я и впрямь теперь всем кажусь каким-то монстром?

— Присаживайтесь, товарищ майор! — Широков привстал с места навстречу вошедшему. Протянул руку, которую Лизунов пожал.

— Ну что ж, Михаил Петрович, — первым начал разговор генерал-лейтенант. — Моя должность вам известна, о вашей я тоже несколько осведомлен… так что уж позвольте без экивоков.

Лизунов молча наклонил голову — согласен.

— Насколько я в курсе дела, у вас на дежурстве осталась одна ракета…

— У меня — да, — снова кивнул головой ракетчик.

— То есть? — слегка опешил генерал.