Выжженая земля. Тетралогия

Надо отдать должное пилотам — взрывы еще грохотали по всему лагерю, а несущие винты на вертолетах уже раскручивались. Несколько мгновений — и они оторвались от земли. Направление полета было ясно, дымные хвосты ракет четко указывали пилотам, в какую сторону они должны лететь. Зарычали моторы самоходок, и они хищно подняли к небу толстые трубы своих стволов.

— Браво-один — команде! Оружие в боевое положение! Стрелять по всему подозрительному!"

"Наушники откликнулись нестройным хором голосов — все жаждали поскорее свести счеты с русскими.

— Браво-один — Браво-пять! Вспышка — азимут двести тридцать!

— Браво-один — команде! Курс — двести тридцать!

Вертолеты чуть довернули в сторону. Цель была уже близко, русские все еще продолжали стрелять.

— Здесь Браво-четыре! РЛС! РЛС!

Поздно…

С треском отлетели в сторону маскировочные щиты, и скрывавшаяся под ними «Тунгуска» хищно повела стволами пушек.

Ш-ш-шух!

Сорвалась с направляющих ракета.

Ш-ш-шух!

Вторая…

«Ракета в воздухе!» — взвыли сирены предупреждения об атаке.

Ш-ш-шух!

— Расходимся! Маневр уклонения!

Поздно…

Огненный шар, возникший в воздухе, казалось, все время увеличивается в диаметре. Это сдетонировал боезапас и топливные баки.

Второй вертолет, потеряв в результате воздушного подрыва какую-либо ориентацию в пространстве, боком врезался в березовую рощу. Ухнул взрыв…

Ш-ш-шух!

Взвыла в последнем усилии пораженная стальными стержнями турбина. Отчаянные усилия пилота удержать вертолет в воздухе успеха не имели, и еще один огненный шар вспыхнул уже на земле.

Ш-ш-шух!

Ш-ш-шух!

Поникли в креслах оба члена экипажа, и неуправляемая винтокрылая машина, вихляя, как пьяная, начала снижаться.

Зашлись кашляющим лаем пушки — и вертолет еще в воздухе стал рассыпаться на куски…

Выжимая из турбин максимум оборотов, последний уцелевший вертолет уходил назад.

— На связи Дуайт.

— Добрый день, сэр!

— Здравствуйте, Мюррей! Не скажу, чтобы этот день был особенно добрым. Утро точно не задалось.

— Если ад существует — это вечное утро! Типично русское высказывание, сэр! Помниться мне, был у них один писатель, Гордон, кажется, — вот он так и говорил.