Выжженая земля. Тетралогия

— Урсула… Помните ее?

— Какая такая Урсула? Не знаю никакой! Вы меня с кем-то путаете, майор!

Вместо ответа Гратц протянул руку и задрал рукав на правой руке Джетмира.

— Ну да, вот он и шрам. Она успела вас тогда укусить за руку. А вы плохо умеете стрелять, господин террорист. Она прожила еще шесть часов и успела подробно описать вас всех.

Собеседник майора побледнел. Ему явно было не по себе.

— Тор — Антону-два. Вижу группу людей с оружием. Численность — порядка сорока человек. Направление перемещения — от оружейного склада, из квадрата 11 в квадрат 17.

— Антон-два — Тору. Понял вас.

Первая мина упала с небольшим недолетом — осколки скосили лишь одного боевика. Корректировщик сообщил поправки, и следующие легли уже точнее. Бросая оружие и снаряжение, уцелевшие боевики бросились назад. Но до спасительной двери добежать успели немногие. Они уже поняли, что минометчики стреляют исключительно по открытой местности, опасаясь попаданий в строения складов, и поэтому те могут послужить укрытием.

"Когда до спасительной двери осталось совсем немного, из-за угла, пристраиваясь в спину бегущим, вывернулись молчаливые фигуры в масках. Никому из уцелевших боевиков не пришло в голову посмотреть назад. Что там можно было увидеть, кроме трупов погибших товарищей?

Передний из боевиков, добежав до массивной двери, забарабанил в нее условным стуком. Скрипнув несмазанными петлями, она распахнулась.

Строенный взрыв, казалось, способен снести крышу у здания — настолько мощно ударило по ушам находящихся внутри склада людей. А яркие вспышки, прорезавшие его полумрак (генератор перестал работать еще в начале обстрела, и пришлось обходиться ручными фонариками), совершенно дезориентировали всех, кто попал под удар гранат.

Опустив на лица наглазники ноктовизоров, спецназовцы рванулись внутрь. Глухо хлопнули первые выстрелы МП-5.

— Что такое? — Хашим непроизвольно обернулся на звуки разрывов. — У нас ведь перемирие, господин майор! Вы не забыли?!

— Которое совершенно не предусматривает того, что за это время вы попытаетесь усилить свои позиции, — невозмутимо отпарировал офицер. — Я не припоминаю, чтобы кто-то давал вам на это разрешение.