Выжженая земля. Тетралогия

Его и так сожгли слишком много, а зачем? Пешком до лагеря ходить уже невмоготу, обязательно на машинах ехать? Весь оставшийся у меня автотранспорт задействован в колонне. Исключение составляют три патрульные машины — но они также задействованы в охране лагеря и базы. Народу у меня мало — и все при деле. Могу помочь топливом. Все.

Так-то оно так…

Но, выводя из лагеря и со складов почти три сотни человек, Олия неизбежно ослаблял все прочие группировки, уже согласившиеся дать на это дело своих бойцов. Вопрос оставался только за румынами.

«Цыгане против румын не пойдут, их и так мало, да и с Думитреску — полное взаимопонимание. Но пятьдесят человек они ему в помощь дадут. Уже три с половиной сотни головорезов. Чехи? Эти будут против. Совместно с моими парнями — уже около пятисот человек. Поляки? Займут нейтралитет, как всегда. А это полторы сотни бойцов! Да всякая прочая шушера меньшего масштаба — около двухсот.

Положение становилось трудным. Но решать надо было сейчас, иначе авторитет вождя мог пошатнуться."

"— Значит, так! — стукнул по столу кулак Хашима. — Патрульные машины, говоришь? Вот и славно — временно этот патруль приостанавливаем. Сам же говоришь — надо экономить бензин! Включаем эти машины в состав группы, идущей на разведку! Все согласны?

Ответом был нестройный хор одобрительных возгласов, в котором совершенно потерялись возражения румына.

— Извини, Константин, — развел руками главарь. — Сам видишь — все «за»!

Три патрульных джипа с тяжелыми пулеметами да полтора десятка бойцов — немного, но «сохранить лицо», как говорят китайцы, удалось. Удалось Хашиму. А вот Думитреску насупился. Но возражать ему было нечего, сам подставился под удар. Буркнув что-то под нос, он с грохотом отодвинул стул и встал:

— Все?

— Да, все! — также приподнялся главарь.

Обсуждающая что-то на ходу толпа главарей вывалилась во двор, и это не осталось без внимания дежурных охранников.

— Смотри, — толкнул Тарч локтем своего соседа, — вон командиры с брифинга вышли! Сейчас, как всегда, к рингу пойдут. Наверняка для них что-то особенное припасли!

— Ну, хоть будет на что посмотреть, — осклабился тот.