Выжженая земля. Тетралогия

– Это вы, случаем, не на охоту собрались? Только вот не пойму, на какого зверя... ружья-то у вас не охотничьи?

– Так и у тебя, дядя, чай, не рогатка в кобуре спрятана. Или я ошибаюсь?

– Нет, – покладисто отвечает он. – Не рогатка там. Только вот, ежели вы прямо ехать собрались, так это к нам самое прямое отношение имеет.

– А если нет?

– Так куда ж еще-то? Нет тут дорог других.

– А кто вам вообще сказал, что мы куда-то едем? Мы, вообще-то, на месте сидим, коли сразу это непонятно. Может, наоборот, к нам кто-то едет?

– Ну, так тогда он мимо нас ехать будет.

– С ним на ту тему и базарьте. У нас к вам интереса никакого нет.

Гости явно озадачены. Судя по всему, не такого разговора они ждали. Чуть поразмыслив, старший все же продолжает беседу:

– Нехорошо вы так... мы к вам с добрым сердцем, можно сказать, с открытой душой...

– А я что? Стволом вам в морду тыкал? Али послал куда, в место неприличное?

– Ну... насчет ствола... – старший скашивает глаза на пулемет.

– Порядок такой. Не мною придуманный, не мне и менять, – философски отвечаю ему.

– И чем занимаетесь, если не секрет, конечно? Может, и нам какую услугу полезную окажете?

– Ты, дядя, говори, да не заговаривайся! Никто из нас к вам в услужение покуда не нанимался!

– Пардон! – примиряюще поднимает ладони мой собеседник. – Оговорился я. Извинения свои приношу.

– То-то же...

– Да вы что, парни? Совсем нюх потеряли?! – не выдерживает его одетый в полицейскую форму соратник.

– А мне это до ноги, милейший, – не повышая тона, говорю ему. – Кто вы там, у себя, мне вообще до фонаря. Сейчас вы здесь, и оттого хавальник свой неразумный заткни и более не отсвечивай. Правильно старший твой отметил – под стволом сидите. Вякнешь еще разок, не обессудь... Это тебе не с водил безответных рубли трясти, тут народ серьезный и шуток дурацких понимать не обученный. Ежели ты и дальше будешь тут свои ментовские привычки проявлять.

Похоже, я в цвет попал. Болтливый аж покраснел с досады, но вид пулеметного ствола, угрюмо смотрящего в их сторону, действует весьма успокаивающе.

– Стоп-стоп-стоп! – снова берет слово старший визитер. – Давайте уж без нервов, хорошо? А ты, Вован, – поворачивается он к бывшему гаишнику, – заткни хлебало свое, пока серьезные люди говорят! Понял?! Не то я сам тебе его законопачу – мало не будет!

Так, похоже, картина помаленьку проясняется.