Выжженая земля. Тетралогия

– Алло! Кто у аппарата?

– Пост номер два, – хрипит мембрана. – Назовите себя.

– Малкин это. Командира уже не узнаешь?

– Плохая слышимость. Пароль?

– Девятнадцать.

– Принято. Одиннадцать. Еще что-то имеете сообщить?

– Тебе что, этого недостаточно?

– Кто с вами, товарищ капитан?

– Охрана и грузчики. Мы должны вывезти часть оборудования и припасов.

– Принято. Следуйте к грузовому входу. Вас встретят.

Капитан кладет трубку, задумчиво качает головой.

– Что-то не так? – спрашиваю его.

– Да не понравился мне его вопрос.

– А где же у вас все автомашины стояли? Неужто на улице?

– Зачем? – удивляется капитан. – Есть транспортный тоннель, туда всю нашу колонну можно загнать, совершенно не запариваясь. Просто таскать туда снаряжение по узким коридорам – тот еще геморрой. У этого тоннеля совсем другая задача: укрытие техники, не более того.

Обогнув поляну, наша колонна подъезжает к краю холма. Останавливаемся. Вокруг тихо. Никаких входов я не вижу. Странно, неужели охрана не успела сюда дойти? Беру в руку манипулятор радиостанции.

– Потеряшка – Шестьдесят четвертому.

– В канале.

– Что-то у меня очко жим-жим. Не нравится мне здешняя тишина.

– Аналогично, командир.

– Раз так – озаботься.

– Принято, выполняю.

Не выезжая на поляну, замыкающий автотранспорт останавливается чуть сзади.

Малкин открывает дверь автомобиля и спрыгивает на землю, недоуменно вертя головой вокруг. Ага, и его тоже проняло! Почуял что-то неправильное. Снова подношу к губам манипулятор радиостанции.

– Команде – вариант два! Повышенное внимание.

Бойцы выскакивают из машин и рассыпаются по лесу. На площадке открыто стоит только бронетранспортер, машина фэсэошников и один грузовик. Все абсолютно оправданно, охрана может видеть сейчас бронетранспортер прикрытия и две машины под погрузку.

Вылезаю и я. Прихватив автомат, закидываю его за спину и топаю к площадке. Не нравится мне сложившаяся ситуация. Давно уже должны были двери открыть, однако же чего-то ждут. Поэтому, двигаясь к машинам, я инстинктивно стараюсь идти так, чтобы между мной и склоном холма постоянно находились неслабые булыганы. Черт его знает, пусть я и перестраховщик, но так спокойнее как-то.