Выжженая земля. Тетралогия

Слышат, правда, пока еще не очень... но это пройдет.

– Так ведь гранатой-то не я швырялся! Это уж вы своим сотрудникам предъяву делайте, моей вины тут нет!

– Я знаю. Что вы от меня хотите?

– Обстановку вы знаете?

– В общих чертах.

– Так! Вот, – выкладываю на стол записи связистов. Добавляю к ним взятый там же диктофон. – Почитайте и послушайте. Думаю, что некоторые вопросы у вас отпадут. Вполне возможно, что появятся новые, тогда мы постараемся на них ответить. Пары часов вам хватит?

– Посмотрим, – неопределенно пожимает плечами капитан.

– Ну и лады! Оставляем вас в одиночестве.

Прихватив Зеленого, выхожу в коридор. Отходим в конец коридора. У двери кабинета тут же возникают двое часовых с автоматами.

– Как тебе он? – спрашиваю у своего спутника.

– Нормальный мужик. Даже общих знакомых нашли.

– На сотрудничество с нами пойдет? Должен же оценить, что мы его парней старались не зацепить?

– Это-то он уже просек! Я ж говорю – мужик неглупый. А уж как дальше фишка ляжет.

– Да и я о том. Нас тут и так не слишком до фига осталось, ежели еще и между собой воевать начнем... так и вовсе – труба! С ними-то хоть дело иметь можно. Чай, не бандюки какие-то!

Спустя пару часов мы вновь встречаемся в прежнем кабинете. Малкин сидит около окна и рассматривает заоконный пейзаж. На столе одиноко лежат бумаги, и в сторонке сиротливо поблескивает металлическими боками диктофон.

– Прочли? – спрашиваю я присаживаясь на стул.

– Да. И что вы мне хотели этим доказать?

Опаньки, вот это номер! Вот так ни хрена ж себе...

– То, что Поливанов мерзавец и негодяй, я и до этого знал, – не отворачивая головы от окна, говорит капитан. – Он сволочь, но сволочь с возможностями! Да, это скотина! Но он единственный пока имеет возможность не дать нам всем умереть от голода.

– Вы так в этом уверены?

– Да! Он знает места, где сохранено множество припасов. Как раз на подобный случай.

– Даже в обмен на жизнь?

– Даже так! Жизнь без власти для него ценности не имеет. А раз так, то какая ему разница, сколько человек погибнет в результате его упрямства? Если не он сам стоит во главе всего, то будут ли жить эти, с его точки зрения, пешки или нет, уже не так и важно. Это – не его люди. Он все поставил на карту, и проигрыш теперь немыслим. Так что вам рано или поздно, но придется принять его условия.