Выстрел на Большой Морской

А вот вы прихватите для себя револьвер — Дубяга не подарок.

Через полчаса Благово с Лыковым входили в приёмную Общества Белого креста. Пустые коридоры, всюду тихо, благолепно и немного скучно… Председателем Общества оказался седой тщедушный генерал-лейтенант, на вид полный лимфатик[129]. Почему-то он совсем не удивился появлению полицейских.

— Скажите, ваше превосходительство, у вас не появился примерно с месяц назад новый сотрудник? Высокий, осанистый, лет сорока, имеет рыжие волосы и усы, а на щеке родинку.

Генерал пошамкал бесцветными губами, поглядел в потолок, потом ответил неожиданно бодрым голосом:

— Вы описываете моего помощника ротмистра в отставке Штакенбурга.

— Он бывший кирасир?

— Говорит, что из драгун, а по повадкам истинный кирасир. И это меня настораживало…

— При нём состоит обезьяноподобный денщик по имени Мишка?

— Состоит. Страхолюдный паренёк… Что они натворили?

— Да так… Убили четырёх человек: двух в Москве и двух здесь, в Петербурге.

Генерал ахнул:

— Вот сукины дети! Не зря я на Штакенберга в Военное министерство секретный запрос послал.

— Давно послали?

— Вчера, как тот из Москвы вернулся.

— Что же вас к этому побудило?

Генерал опять пошамкал губами, потом сказал, глядя на Благово с некоторой иронией:

— Видите ли, молодой человек, я только с виду придурковатый. В польскую компанию 1863 года я отвечал в корпусе за разведочное направление; некоторое понятие имею. Меня насторожили нестыковки в указе об отставке ротмистра Штакенберга. Как, кстати, его настоящее имя?

— Рупейто-Дубяго.

— Ещё надеялся меня обмануть, дурачок, — усмехнулся генерал. Он порылся в столе и протянул сыщикам бумагу — это оказалась копия запроса в Военное министерство. Письмо было составлено очень умно и выказывало замечательную наблюдательность корреспондента.

— Я думал, вы пришли в качестве ответа на запрос."

"— Извините, ваше превосходительство, но мы не из Военного министерства, а из Эм Вэ Дэ. Преследуем этих убийц во исполнение монаршего распоряжения.

В один миг тщедушный на вид генерал вскочил на ноги:

— Чем я могу помочь в исполнении данного распоряжения?

— Где Рупейто-Дубяго может находиться сейчас?

— Ему предоставлена служебная квартира в нашем здании. Вход со двора, во втором этаже налево. Ротмистр жалуется на боли в руке — последствие контузии — поэтому редко выходит. Я уж на него, как на работника, рукой махнул. А выгнать боевого офицера было совестно.