Выстрел на Большой Морской

Прикажете пустить?

— Граф Шторре? Да, пусть заходит. Чего это я Автондилу понадобился?"

"Автондил Папа-Фёдоров, известный в обеих столицах карточный шулер, обыгрывал простаков на Нижегородской ярмарке, прикрываясь графским титулом. Благово дважды приходилось его арестовывать. Элегантный, весёлый грек, очень артистичный, он вызывал у сыщика симпатию. По правде сказать, и вся ярмарка любила «графа Шторре». Когда тот бывал при деньгах, то устраивал грандиозные попойки, с неимоверной щедростью делясь с окружающими своим капиталом.

«Эти глазки, эти усикиАх! с ума меня свели!»Папа-Фёдоров таял при этих словах и лез за бумажником… Если же он оказывался на мели, то купеческая молодёжь охотно кормила и поила его на свой счёт до появления очередного «карася» (так шулеры называют намеченную для обыгрыша жертву). Из-за песни Автондил и получил кличку — Усики. Вот уже три года, как Благово переехал в столицу и потерял шулера из виду.

Вошёл Папа-Фёдоров, как всегда, элегантный, но непривычно серьёзный.

— Здравствуйте, Павел Афанасьевич!

— Проходи, Усики. Садись, рассказывай, что случилось. Тебя обыграли в карты?

— Хуже. Вы не поверите, Павел Афанасьевич, но я только что получил заказ. На ваше убийство!

— Что?!

— Ей богу! Час назад в «Доменике», в отдельном кабинете, у меня состоялась встреча с двумя солидными господами. Один назвался сенатором Шульцем; он и вёл весь разговор.

— Невысокого роста, бритый и очень высокомерный?

— Точно так.

— Это был тайный советник Ример. Синоним шкворня ему в антоним горла! И о чём был разговор?

— Шульц сказал, что получил на меня рекомендации. Как на человека, способного выполнить любую работу… Вскоре выяснилось, что им требуется наёмный убийца, чтобы устранить статского советника Благово.

— Усики! Но ведь ты же шулер, а не мокрушник. За версту видать.

— Шульц сказал, что меня им порекомендовал Виноградов.

— Виноградов? Не понимаю!

— А я понимаю. Его, как знатока столичного «дна», заставили искать исполнителя. И Виноградов назвал меня, зная, что я тот час же приду к вам. Он хотел вас предупредить.

— Хм… Да, это похоже на Ивана Александровича. И нашим и вашим за пятак спляшем.

— А вот не правы вы, Павел Афанасьевич! Конечно, он взяточник и человек без принципов.