Выстрел на Большой Морской

— Колбасник у нас, — неожиданно заявил парень. — Мишкой Саратовским кличут, да. Здоровяк! Мы с ним на руках мерялись, он меня уронил.

— А офицер разве не при нём?

— Офицера не видал.

— Где Мишка живёт?

— Во 2-й Миюзской улице, в доме Рябова.

— Сведи меня завтра туда.

Уже под утро вся компания приехала на Лубянскую площадь. Верлиока поместил Лыкова на ночёвку в своей комнате, а Феде-Заломаю выделил хорошее место на нарах и даже с тюфяком. Детина был счастлив и мгновенно уснул с блаженной улыбкой на круглом детском лице.

В пять часов вечера следующего дня Алексей вежливо постучал в дверь квартирного хозяина во втором этаже доходного дома Рябова. Ему открыл лысый мужичонка с неприятными бегающими глазами.

— Чево ещё?

— Мишка Самотейкин здесь проживает?

— Не знаю я никакого Мишки.

Хозяин хотел захлопнуть дверь, но Лыков успел просунуть ногу. Федя-Заломай аккуратно обошёл его, шагнул в квартиру, взял мужика подмышки и поднял на уровень своих глаз.

— Ежели господин Лыков спрашивает, то надоть отвечать честно.

— Феденька, это ты! А я в темноте-то не заметил… Тогда конешно. Извиняйте! Пожалуйте, гости дорогие; всё расскажу.

Оказалось, что колбасник съехал с его квартиры сегодня утром, когда Лыков отсыпался в «Шиповской крепости».

— А офицер?

— Офицер Мишку и увёз. Важный, строгий. Приехал ни свет ни заря и увёз.

— Куда?

— А не сказал.

Алексей кивнул своему спутнику. Тот молча поднял огромный кулак и обрушил его мужику на лысину.

— Велели извозчику в Хапиловку ехать, — пробормотал тот сквозь слёзы, не смея даже прикрыть голову руками.

— Как теперь Мишкина фамилия? По фальшивому паспорту.

Квартирный хозяин покосился на Заломая и сказал ноющим голосом:

— Иванов.

— Точно Иванов? Гляди, сучий потрох, если окажется, что Сидоров, я сюда Фёдора вдругорядь пришлю.

— Иванов, ей-Богу, Иванов!

Так титулярный советник и ушёл из Котяшкиной деревни ни с чем. Проспал! Он опоздал перехватить убийц всего на несколько часов.

На вопрос, как вести поиски в Хапиловке, Верлиока ответил коротко:

— Никак.

— Это почему?

— Туда даже Анчутка Беспятый не суётся, со всею своею гвардией. Народ там больно лют!

— Так я не с войной иду, а с простыми расспросами.

— Ну и что? Посмотри на себя. Сапоги на тебе дорогие, пальто с шапкой справные, чамарка новая, часы… Вот они это всё и поснимают!

— Да я с них взамен головы поснимаю!

— Как обступят тебя человек с полста, сам отдашь. Там все чужие — добыча, а московских особо не жалуют.