Попаданка в академии драконов 4

Быстро нашёл подход и к чиновникам, и к преступным элементам, стал расширяться, не только предоставлять места под хранение, но и торговать. Его конкурентов постигали разные несчастья: то товар сгорит, то с лошади упадут, то в пьяной трактирной драке покалечат. Доказательств участия в этом Жийна нет. У самого него склад тоже горел, но был застрахован, так что Жийн остался в плюсе. Постепенно он подмял под себя практически всю торговлю в родном городке. С его складов приходила прикормка для вестников в подвалах фабрики Тордоса.

Конечно, это могли через управляющих провернуть, но управляющие Жийна домоседы, потомственные служащие, белых пятен в биографии не имеют. С семьёй Жийна всё печально: мать утонула, отец спился, брат погиб в драке. Осталась сестра, но она вышла замуж и уехала на другой конец империи.

Не очень хорошо подозревать кого-то за одну только оборотистость, но капитан прав, такая успешность могла возникнуть при помощи Культа. Да и с семьёй всё не очень хорошо.

– Я знаю его, – неожиданно произносит Риэль.

– Он посоветовал одному из своих деловых партнёров не продавать сагийский шёлк, а до отборов принцев положить на депозитное хранение в имперский банк Нарнбурна, чтобы потом продать модницам по завышенной цене. Позже из ящиков с шёлком полезли вестники. Сам шёлк так и не нашли.

Меня передёргивает: помню этих вестников, вырвавшихся на свободу в тот злополучный день, когда я пошла в банк открывать счёт.

– Жийна в связи с этим делом проверили, но он во время нападения на банк был в Озаране, к шёлку даже отдалённого касательства не имел, кроме этого совета за партией в покер, и теоретически не знал, когда и как его повезут.

Эту связь отсеяли, как случайное совпадение.

– Удачно вы зашли, – Ниль достаёт следующий пирожок.

Они бы с Никой нашли общий язык, если бы не его эльфийская неприязнь к вампирам.

– Значит, Жийн – наш подозреваемый номер один, – Зинарр подталкивает ко мне следующую папку с подписью:

«Ати Виштор, странствующий художник».

– Как в подозреваемые затесался художник? – изумляюсь я.

– Чем он-то вас смутил?

– Живёт не по средствам, знаком с половиной подозреваемых, у них в домах его картины. Даже у Тордоса висело полотно. Ати ездит по всей империи и в ближайшие страны. Якобы ищет достойные запечатления виды, поэтому вынужден часто странствовать. Очень удобное положение для вербовщика или связного. Кстати, сирота, подданный Нового Дрэнта, ничем и никем не обременён, что тоже может свидетельствовать о неблагонадёжности.