Попаданка в академии драконов 4

Ещё надо вести себя вежливо и достойно, как и полагается избранной наследника. Тоже вполне исполнимая задача. Я не Ланабет с её способностью помахаться хоть с Дарионом, у меня свой путь.

Вдохнув и выдохнув несколько раз, складываю в выделенный мне шкафчик платье, туфли, мешок из-под формы и наконец выхожу.

Прислонившийся к стене Линарэн что-то чертит в блокноте. Дарион оглядывает меня. Вытащив из-за пазухи металлические и кристаллические пластинки и шарики, рассовывает их по кармашкам в обшлагах.

– Амулеты, – поясняет сурово.

Не знаю, как насчёт вдохновения, но изумляем мы ИСБ знатно: летят на пол папки, кружки, перья, сотрудники открывают рты, округляют глаза, искрят магией. Некоторых я смутно припоминаю. Шепотки и откровенно громкие возгласы несутся со всех сторон.

– Женщина на службе?

– Это шутка?

– Кто-то решил поиздеваться над господином Элоранарром?

– Как такое возможно?

– А что это за символ у неё?

– Да, какое подразделение? Что-то не припоминаю…

А потом как взрыв:

– Это же знак подразделения зрячих! Точно вам говорю!

– Видящая?

– Не может быть!

– Видящая!

Если до этого на меня просто пялились и вызывали коллег из своих кабинетов, то теперь стучат в соседние двери, вызывают посмотреть всех.

– Тут Видящая. Видящая! Вы не ослышались!

Даже визит императора не вызывал такой бурной реакции. Высыпавшие из кабинетов офицеры заливают всё вокруг своей магией. Передо мной вспыхивает магический щит, и я отшатываюсь.

– Простите, – произносит кто-то сбоку. – Вы действительно видите…

О, так это была проверка.

Передо мной в спешном порядке возникает ещё несколько щитов, какие-то печати. Так и порадуешься, что вся увешана амулетами, а тело прикрывает зачарованное бельишко от лучших придворных артефакторов.

Перед каждым щитом и печатью останавливаюсь. Проверяльщики уже не извиняются, они восхищаются:

– Она увидела! Увидела!

Не вдохновляю я их, а отвлекаю от работы.

– Да, она Видящая! – рыкает Дарион. – Посмотрели? Полюбовались? Теперь дайте ей заняться делом.

Все магические преграды, кроме одной печати, исчезают.

– Развеивай, – приказываю я, ни к кому конкретно не обращаясь.

Печать исчезает. Но народ не расходится. Дарион выступает вперёд. Пушинка равняется со мной и, будто невзначай, проходится хвостом по стоящим у стены исбшникам.

– Йа ‘лучайно, – мурлычет она, продолжая охаживать хвостом любопытных.