Второе дыхание

Заняты всего два столика: за одним сидел тощий старик с длинной бородой старообрядца, за другим — два мужчины лет тридцати пяти, еще не растерявшие военную выправку и жесты. На меня посмотрели с интересом. Наверное, догадались, что русский, а раньше не видели здесь. За стойкой стоял крепкий тип с густой темно-русой шевелюрой, подстриженной коротко, и усищами, как у Будённого, одетый в клетчатую зелено-желтую рубашку и сверху черная жилетка, как у приказчика. Кулаками опирался на стойку, будто собирался вот прямо сразу выматерить меня и выгнать вон.

Поздоровавшись на русском языке, я заказал бокал сотерна. Это вино изготавливают из винограда, покрытого «благородной» плесенью, что случается не всегда, поэтому стоит недёшево.

— Восемь франков, — объявляет бармен, поставив передо мной бокал, наполненный желтоватым вином.

Я положил на стойку купюру в десять франков, показал жестом, что сдачи не надо, и произнес:

— Мне сказали, что здесь бывает господин Анатра Артур Антонович.

— Заходит иногда, — сказал он.

— Мы с ним знакомы по Одессе. Не передадите ему записку? — спросил я.

— Если зайдет, передам, — ответил бармен.

Я положил на стойку сложенный лист бумаги, на котором в кабинете директора авиазавода написал, кто я такой, что случайно узнал, что он здесь бывает, что нахожусь в Париже проездом, что остановился в «Рице», пробуду до утра, что, если есть желание, можем встретиться, а если получит записку поздно, пусть оставит в отеле номер телефона, я позвоню, когда приеду в следующий раз.

— Теперь в «Риц», — приказал я таксисту.

Вот уж где ничего не меняется.

Портье узнал меня и, поздоровавшись и улыбнувшись, спросил:

— Номер с кабинетом и видом на площадь? Правильно?

— Поражаюсь вашей памяти! — честно признался я, заставив его расцвести от счастья, после чего попросил, назвав фамилию: — Мне могут позвонить. Соединяйте в любое время.

— Обязательно! — заверил он и вручил ключ от номера, не спросив никаких документов.

Богатым клиентам они не нужны.

Артур Анатра позвонил около семи, когда я уже собирался в ресторан.

— Вы уже поужинали? — спросил он после обмена приветствиями.

— Только собрался, — признался я."

"— Давайте встретимся в ресторане вашего отеля и поужинаем вместе, вспомним молодость, — предложил он.

— С превеликим удовольствием! — согласился я.

Сидеть на улице было холодно, поэтому все посетители были во внутреннем зале ресторана.