Вторая

Такой нежной, хрупкой, искренней и милой. Казалось, я просто забывал дышать в её присутствии.

Я любил её очень сильно. Даже, скорее, это была некая одержимость. Когда я в первый раз сделал ей предложение, она, разумеется, ответила отказом. Мол, к чему нам торопиться, ну зачем всё это сейчас, ведь нам и так хорошо.

Я помню, какими частыми стали наши ссоры, потому что я стремился к чему-то постоянному, а ей хотелось лёгкости, хотелось жить только сегодняшним днём, красиво и беспечно. Не забуду я и тех слов, которые были сказаны ею в сердцах, когда я повторил своё предложение через год — предложение выйти за меня замуж и завести семью, ведь уже тогда у меня была возможность взять на себя финансовую ответственность за жену и ребёнка.

Пусть скромная, но всё-таки возможность.

— Да? А на что ты будешь нас содержать? Ты и так постоянно перебиваешься с копейки на копейку. А потом будет ещё хуже, — в этом, конечно, она была права, потому что деньги с небес на голову мне никогда не падали, и чтобы был хоть какой-никакой, но положительный результат, вкладываться приходилось постоянно и физически, и материально.

— И вообще. Я не готова сейчас к таким серьёзным изменениям. Мне нужна уверенность в завтрашнем дне. А твоя святая вера в какие-то идеи не приносит тебе ничего, кроме разочарования и убытков. Ты так и останешься простым работягой с въевшейся грязью под ногтями и в масляной одежде. Что ты сможешь дать ребёнку?

Резкие унизительные слова должны были меня ещё тогда навести на мысли, что эта девушка ко мне относится не так, как я себе нафантазировал.

В то время подобные заявления, как мне казалось, имеют под собой реальную основу, потому как я и сам понимал, что не могу дать сейчас Оле всего того, что она хочет и заслуживает. Просто не могу. Но ведь я очень старался…

Глава 46.1

Да, я вообще умею быть очень старательным и напористым. И я смог. На недостаток финансов я давно уже не жалуюсь.

Обвёл взглядом дом, который смог позволить себе построить на приобретённом участке земли, всю обстановку до ворот и, наконец, взгляд упал на собственные руки, крепко сжимающие руль, потому что из машины я так и не вышел.

Кто бы мог подумать, что несколько лет назад ежедневные порции масла и грязи с них было не стереть ничем…

Однако тогда к разумным доводам я не захотел прислушиваться. Я любил свою женщину так, что иногда это казалось безумием. И, очевидно, именно им это и было. Глупой слепой одержимостью.