Вторая

"

"Неосознанно перевожу взгляд на недовольно поджатые губы Аристарха и вспоминаю, как я проводила по ним языком и как эти губы ласкали мою грудь...

Как теперь ему удаётся каждым словом пробивать брешь в привычном защитном безэмоциональном панцире? Да и какое ему вообще дело? Что он в меня вцепился? Вокруг него такая мощная и сильная аура, что я до сих пор поражена, как это за ним женщины по пятам не увязываются. Но хуже всего, что он с интересом и ожиданием вглядывается в мои глаза, как будто видит там ответы на все свои вопросы.

Кажется, я говорила что-то о том, что моя жизнь его не должна волновать? Но внутри дурацкие отголоски продолжают непривычно шептать: «Хочешь, чтобы волновала всерьёз…»

— Но меня это волнует, Саша.

— Мне больше нечего тебе сейчас сказать. Извини.

— Теперь уже поздно. Раньше надо было мне отказывать и не подпускать к себе. Извини, — слышу знакомые отголоски собственных слов…

— Для посторонних людей дверь в мою жизнь обычно закрыта.

— И сколько же таких избранных являются счастливыми обладателями заветных ключей? Один? Два? — его пальцы мягко очерчивают овал моего лица, а рука плавно передвигается на затылок.

Хочу ли я сама почувствовать на своих губах трепетный поцелуй, который совершенно точно последует меньше, чем через полминуты? Да, хочу. Определённо. Но вслух произношу совершенно другую фразу.

— Чего ты хочешь от меня?

— А может у тебя есть запасной комплект? — он словно не слышит и продолжает дальше гнуть свою линию. — Поделись им со мной. Обещаю, я буду бережно с ним обращаться.

..

Он наклонил голову ко мне. Твердые губы уже почти касаются моих, и я ловлю на себе горячее дыхание. И мне абсолютно фиолетово, как я могу выглядеть в его глазах: грудью защищая свои порочные отношения, одновременно тая от одного его взгляда, и вновь позволять этому мужчине к себе прикасаться и желать с ним не только близости, но и просто очутиться в его крепких и ласковых объятиях. Но при этом, не останавливаясь, отталкивать все попытки сблизиться не только физически.

Я боюсь Миша. С появлением Мелехена все стало еще серьезнее.

— Нет... — выдавиваю.

— Тогда я сам подберу нужный ключ. И оставлю себе его дубликат. Только что ты будешь делать потом? Находясь меж двух огней.

Два огня. Огня, несущих в себе разрушительную силу, которую в Аристархе я почувствовала слишком поздно, потому что она очень грамотно замаскирована под маской простого мягкого и добродушного парня. Я-то знаю, что Миша рано или поздно успокоится.