Все ведьмы – рыжие

Уже вступив в коридор, повернулась… и узрела, как ловким и очень быстрым движением Владимир Михайлович нажал на кнопку собственно тростью, ею же отрезал путь к отступлению Князю. Дверь закрылась!

Тридцать последующих секунд я стояла в ступоре, думая, куда бежать, кому звонить, и вообще я за него дико испугалась! За Владимира Михайловича, естественно, не за двухметрового качка же!

Двери лифта медленно разъехались…

– Не служил, – вынес вердикт бывший генерал, гордо покидая кабинку лифта.

Князя конкретно глючило на полу. Зубы у Стужева были явно на месте, а вот ребра, кажется, нет.

– В-в-владимир Михайлович… – прошептала ошарашенная я.

– Идем, Ритулечка, такси тебе вызовем, нечего девушке вечером одной бродить, идем.

И мы вышли во двор. Там, пока я пыталась понять, что случилось, бывший генерал звонил ничуть не в такси, а сыну старого друга, которого я тоже пару раз видела, – Евгению.

– Женечка. – Вот то единственное, что сказал Владимир Михайлович.

– Сейчас буду, – ответили в трубке.

Не простояли мы и двух минут, как черный «Хаммер» зарулил во дворик и остановился напротив нас.

Женечка, ростом позначительнее Князя и разворотом плеч повнушительнее, вышел из машины, обошел махину, подошел к нам.

– Как оно? – участливо спросил бывший генерал, протянув руку.

– Потихоньку, – ответил шкаф Женечка. – Проблемы?

– Да ты знаешь, мутный человечек тут нарисовался. – Лексикон бывшего генерала удивил меня не меньше его ловкого обращения с тростью.

– Права, – попросил Женечка.

Владимир Михайлович молча протянул пластик.

Женек в свою очередь протянул руку и… завис. И бывший генерал тоже завис.

– Это вообще кто такой?! – Гневно вопросили за моей спиной.

Медленно обернулась – Стужев нервно вытирал кровь с искореженной губы.

– Генерал… бывший, – пробормотала я."

"– Бывший? – подойдя, Князь лишил элиту военных подразделений собственных прав, бумажника, тоже, судя по всему, собственного, карточек кредитных, и даже вытащил из кармана кулон, после чего меня схватили за руку и потащили с места событий, нервно выдав: – Нинзюцу кагэбэшное!

– Кто? – переспросила утаскиваемая Стужевым я.