Все по-настоящему

— У нас как раз бозбаш поспел. Ты голоден?"

"Татка отходит в сторону. Я нерешительно переступаю порог и с наслаждением вдыхаю витающие в воздухе вкусные ароматы. Мясо, томаты, чеснок… Еще немного, и я закапаю натертый до блеска пол слюной. Под любопытными взглядами улыбающихся детей стаскиваю сланцы.

— Это мои племянники. В честь праздника их родители решили устроить себе романтик, а мне отвели роль няньки. Это — Гамлет, это — Наринэ, а эта прекрасная малышка эээ… кажется, моя внучатая племянница Седа. Ну, что стоишь? Пойдем праздновать.

Где-то в ящике был штопор. Тебе побольше положить? — Тата спускает с рук малышку, и дети, схватив какие-то сладости, уносятся из кухни прочь. А я послушно открываю шкафчик, достаю штопор и принимаюсь откупоривать бутылку. Повисает уютная пауза, которую зачем-то, скорее всего по привычке, я тороплюсь нарушить:

— А почему детей решили свалить именно на тебя? Твой мужчина разве не захочет провести этот день… хм… иначе?

— Мой мужчина? — вскидывает брови Тата, ставя на стол передо мной тарелку с густым, одуряюще пахнущим супом.

— Ну… Тот… с которым ты меня тогда спутала.

Несколько секунд Татка смотрит на меня абсолютно непонимающе. Потом отворачивается и отвечает странным голосом:

— Нет… Думаю, не захочет. Мои чувства, к сожалению, не взаимны.

Глава 6

Тата

Болван! Ну, какой же болван, господи! Кажется, уже любой дурак бы понял, что нет… ну, нет у меня никаких мужчин, и быть не может. Я вообще не знаю, есть ли в нашем окружении хоть кто-то, кто не догадывается о моей слепой любви к Климу.

И только до него все никак не дойдет…

— Безответные? Хм… А ты все способы перепробовала?

— О каких способах речь?

Тянусь за чашкой, краем глаза замечаю на себе его заинтересованный взгляд, но тут же себя одергиваю. Не может быть. Показалось. Или… все же нет? Какой у меня шанс соблазнить Клима? Что, если прислушаться к советам Киры и действительно попытаться?

Ага! Соблазнить. Как же… Не в таком виде — это уж точно. Взгляд цепляется за собственное отражение в стеклянной створке кухонного шкафчика.

Наливаю чай, едва сдерживая нервный смех. Видок у меня еще тот, надо заметить. Майка эта дурацкая, которую я давным-давно хочу выбросить, застиранные лосины… И под ними обычные хлопковые трусы — оберег от секса. В которых ни одной нормальной женщине даже в голову не придет приставать к своему мужчине.

— Ну-у-у… — поигрывает бровями Клим, когда я оборачиваюсь. Подношу чашку к губам, пряча улыбку.