Вперед в прошлое!

— Отец отсек бабушку от нас, чтобы матери некому было помочь, и он мог ее затюкивать как хочется, — объяснил я. — А чтобы и у нас мысли не возникло обращаться за помощью к бабушке, нам вдалбливали, что она ненормальная. А на самом деле нормальная бабка, продвинутая. Она рада нам будет! Вот увидишь.

— У-у-у, какая же козлина! — пробормотала Наташка. — Как же я его ненавижу! Что же он со всеми нами сделал!

— Да ничего. Не такой уж он злодей, так, средней паршивости гад. Он просто делает, что хочет, пользуется правом сильного, а мы мешаемся под ногами, как котята.

Наташка прошептала:

— А как мы ее найдем? Ты знаешь, где она живет?

— На другом конце города, в Васильевке. Приедем туда, у любого спросим, и нам покажут ее дом. Село же ведь!

— Пусть ты будешь прав! — выпалила Наташка и вдруг смолкла, напряглась. — Тс-с-с!

Я тоже замер, увидев луч фонарика и услышав шелест одежды и шаги, взял лежащий рядом обрез, приготовил патроны. Зарядить его я смогу и вслепую.

Неужели нас ищут? Нет, вряд ли, отец говнюк, но не идиот, он себе вредить не станет. Он подождет день-два, пока мы остынем, тогда и явится требовать обрез.

Отец отлично понимает, что если прессовать нас сейчас, с нас станется написать заявление и снять побои — это раз, два — я могу сдать обрез и рассказать, откуда он у меня взялся. Если у отца есть недруги в органах, а настолько я помню, они там были, полетит он с работы со свистом и скандалом.

"Я аж зубами скрипнул, так мне хотелось его наказать. Но чего я этим добьюсь, кроме как почешу пузо дракону ярости? Этот обрез мне нужен, да и свой человек в ментовке пригодится в будущем.

Топ-топ-топ-топ. Шумно втянули воздух. Зажурчала струя.

— Мухтар, — донесся из темноты старческий голос. — Ну сколько можно душу-то изливать? Откуда в тебе столько воды?

Человек с собакой потопали прочь.

— И чего по грязи шарахаться? Ночью-то, — проворчала Наташка, помолчала немного и спросила: — Думаешь, отец будет нас искать? Поднимет ментов?

— Не будет, — качнул головой я, — разве что собственными силами и попытается договориться.

— Ха, классно, что ты ружье стащил! А что, если пойти и сдать этого козла в ментовку, а? И на него заяву накатать? Поделом получит, падла.