Перевоспитать охламона

"

"Водные процедуры и приготовления ко сну заняли час с хвостиком. Большую часть времени Груня провела за разговором с Ивой, которая попросила не прерывать вызов. Девушка в данный момент колесила по ночной трассе, добираясь по гололеду домой. Груня приводила сотню аргументов к тому, чтобы Иветта осталась на ночь у подруги. Но нет, девчонка была упряма, как и ее брат.

— Грунь, а если они там поубивают друг друга? — вздыхала Ива.

— Ты это с надеждой говоришь? — хмыкнула Груня, — Вот лично за своего мужа я не переживаю.

— Твой Вася потом огребет от меня знатных пилюлей, если тронет мою принцессу, — в шутку пригрозила Иветта, а потом серьезнее, — У них там точно все в порядке?

— Да нормально, дом стоит, тишина пока, — успокоила Груня, выйдя из ванной и открыв дверь в коридор. Девушка оставила ее открытой и, на всякий случай прислушалась.

— Хорошо, — вздохнула Иветта, — Я уже через десять минут буду дома.

Иветта сама прервала разговор, и Груня отложила телефон на тумбу.

Перед глазами Груни пронеслись последние месяцы ярким калейдоскопом. Новая работа. Новый ресторан. Новое руководство. Барин — ужасно невоспитанный грубиян и хам, которого хотелось то обнять, то придушить.

Вспомнилась свадьба, которую вряд ли можно будет забыть, ближайшие лет триста, точно. Безумно красивый и улыбающийся Василий Павлович с потемневшими до черноты карими глазами и тихим обещанием прибить каждого мужчину, рискнувшего приблизиться к ней, Груне, ближе, чем на метр. Осознание того, что этот человек, ее муж, всегда будет бороться за нее, оберегать, по-своему лелеять и любить, заставляло забывать о необходимом ее телу кислороде, и приходилось буквально уговаривать себя делать очередной вдох.

Регистрация их брака до последнего мгновения сохранилась в памяти Груни. Красиво украшенный зал, утопающий в цветах, несмотря на зиму. На одно только оформление Васька истратил целое состояние, в привычной ему манере бросив короткую, не самую цензурную фразу в ответ на уговоры Груни обойтись шарами и лентами.