Воронцов. Перезагрузка. Книга 2

Испив холодного напитка, обнял её, прижал к себе крепко.

— Как же хорошо-то, — прошептал я ей. Постоял так немного и потом спросил отпуская её:

— Радость моя, ты мне скажи, где Степан картошку крупную поставил?

— Дак в сенях, Егорушка, — кивнула она, указывая в угол.

Заглянул туда — стоял мешок, где-то с треть был заполнен. Картофелины все крупные, с кулак да больше, как на подбор. То, что надо для задуманного. Прихватил два ножа, позвав за собой Машку.

— Пойдём, Маш, покажу, что да как делать нужно.

Она, поправив платок, улыбнулась и пошла следом.

Увидел Митяя, что слонялся без дела, и крикнул ему:

— Давай, Митяй, костёр разводи, чтоб поленья хорошо прогорели! И поддон ещё сплети для коптилки — такой, как ты до этого делал. А саму коптилку в лоханке замочи, чтоб низ опять мокрый был.

Тот закивал и умчался к куче лозы, которая осталась ещё с тех пор, как забор плели они с Прохором. Руки у него золотые — что ни возьмётся делать, всё ладно выходит.

Я же взял картофелину, самую крупную, повернулся к Машке:

— Смотри, солнце моё, как чистить нужно. — Начал снимать кожуру аккуратно, по спирали. — Вот так, где глазки — срезай побольше, чтоб потолще кусочек был.

Машка прищурилась, наблюдая внимательно, взяла нож и стала повторять то, что я делаю. Пальчики у неё ловкие, быстро схватывает."

"— Важно, чтоб чисто было, — объяснял я, направляя её руку. — Просто сейчас глазки нужно сохранить, побольше возле них срезать.

В итоге мы с Машкой дочистили всю картошку, хохоча, когда клубни выскакивали у неё из рук и падали то на землю, то ей на подол. Она смеялась звонко, как ручеёк, и я не мог налюбоваться на неё — щёки раскрасневшиеся, глаза блестят от веселья.

Степан, подойдя издалека, уставился на нас, как будто бы мы колдовство какое-то делали. Остановился в трёх шагах, почёсывая бороду.

— Барин, а что это будет? — спросил он с любопытством.

— Увидишь, — хмыкнул я, как раз дочищая последнюю картошину. — Очистки возьми да посади их тоже. По пять-семь глазков выбирай, так как и до этого делал.

Степан кивнул, собирая очистки в корзину.

— Будем надеяться, что тоже ростки дадут. Должны, по крайней мере. Много получилось для посадки из того, что было? — Спросил я его.

— Да, считай, почти всё, что вскопали, и засадили, — ответил Степан, кивая на корзину с очистками.