Волчья хватка. Книга вторая

— Сейчас плотно завязан с авторитетами и олигархами на грязных деньгах, — стараясь быть серьёзным, продолжил Мерин. — Точнее, был завязан… В основном занимался отмывкой капиталов за рубежом, прокачивал десятки миллионов через оффшоры. Но это сейчас все делают… Кроме того, пользуясь неприкосновенностью, ввозил наличку простым багажом и финансировал… некоторые сомнитнельные проекты, в том числе и политические. Должно быть, амирикосам опять нужно обострить тему прав человека и судьбу правозащитников в нашем многострадальном государстве.

— Может, ихним салом по мусалам? — простовато предложил Савватеев, чтоб начальнику было понятнее. — В ответ на происки сделать предъяву на нашего дорогого… Идрисовича? Он ведь наполовину и наш гражданин.

— В этот раз не проходит! — Мерин выпил залпом. — Кто первый заявил, тот и прав… Зато наводку дам, целую версию. Конечно, работать по событиям годичной давности тяжко, но кое-что есть. По моему убеждению, борца с правами человека похитили или грохнули свои же.

Он на минуту задумался, вспомнил что-то смешное и вдруг стал рисовать на листке, стягивая губы, чтоб не расхохотаться. Савватеев чуть склонил голову и вытянул шею…

Начальник Управления рисовал ромашковую полянку с пятнистой коровкой.

— Потом Каймак внезапно оказался в Москве, — Мерин скомкал листок и с вздохом облегчения бросил в корзину. — Слетал в Нью-Йорк на один день и снова уехал на ту же базу. А вот вернулся ли оттуда, неизвестно, по крайней мере, его больше никто не видел. Жизнь он вёл одинокую, скрытную, хотя был публичным человеком, посещал… гей-клуб и прочие элитные притоны.

"Он достал из бара пачку редкостных теперь и непопулярных папирос «Казбек», закурил, но тут же загасил в тарелке — вспомнил запрет врачей…

— И что интересно! — оживился в мгновение. — Телохранитель остался жив! Но не скажешь, что здоров, до сих пор находится в Кащенко.