Волчья хватка. Книга вторая

Наручников на него не надевали, поскольку даже на последнем щелчке они спадали с иссохших рук; просто скрутили запястья капроновым шнурком от ботинка и привязали к дереву, хотя и этого не требовалось. Бывший егерь Агошков на первом же допросе во всем признался сам, рассказал, как и за что зарезал правозащитника, но где труп, не знает и знать не может, ибо сразу же ушёл с базы, а закапывал Каймака егерь Карпенко с одним из гостей, о чем сам и рассказал Агошкову. И он, Агошков, тоже бы хотел найти останки людоеда, поскольку их нельзя предавать земле, а следует сжечь и пеплом зарядить патроны, после чего дождаться полнолуния и расстрелять его в сторону восходящей луны.

В доказательство того, что убийца он, бывший егерь указал, где спрятан пистолет телохранителя Каймака, который и в самом деле был найден.

— Он такие жуткие подробности рассказывает, — передёргиваясь от омерзения, сообщил Варан. — Как мариновал человечину, а потом жарил барбекю…

— Это хорошо, — задумчиво проговорил Савватеев, не ощущая радости от первого успеха.

— Чего же хорошего, товарищ полковник? — похоже, видавшего виды диверсанта подташнивало.

— Как ты думаешь, психически он здоров?

— Вряд ли… Говорит, не ест уже больше года.

— Похоже…

— Ну такого быть не может… И охотится за людоедами. Навязчивая идея…

— Но ведь они есть.

— Есть-то есть… Только американцам не выгодно признавать своего гражданина людоедом. К тому же борца за права человека… Объявят сумасшедшим.

— Мы им рот теперь заткнём… А что с Филином и старухами?

— Группу отправил, прочёсывают деревни, — устало и безнадёжно доложил Варан. — Пока нигде не появлялись. И старики эти исчезли. Кстати, они не местные, а откуда — никто не знает.

— Значит, и Филина теперь не найти, — для себя заключил Савватеев.

— Почему?..

— Потому что он со старухами ушёл. А это все одна компания!

— Найдём, — твёрдо заверил Варан.

— Вы тут молодую женщину с детьми не видели?

— Женщин не наблюдали…

— Будьте осторожнее.

— А что такое?

— Поймает — изнасилует.

Командир диверсантов принял это за шутку и лишь ухмыльнулся.

Савватеев хотел сам отвести Агошкова, однако Варан перестраховался и послал своего офицера незаметно сопроводить до базы, хотя убийца не проявлял никакой агрессии и только просил, чтобы с сумерками его непременно отпустили, поскольку ему всю ночь надо охранять детей.