Войны начинают неудачники

– И как это объяснить?

– Объясняют детям в школе, а мы тебе рассказываем, как есть, – разозлился Нытик. – Ты спрашивал, что было на Вернадке? Пожалуйста. В домик лезло человек сто, весь двор разнесли вдребезги, народу положили море, а потом вдруг раз – и все тихо.

– Как это? – не понял Корнилов.

– А вот так. Как только заверещали сирены, эти пацаны красноголовые начали разбегаться. Они словно бы таяли в воздухе. Но самое интересное началось, когда ваши подъехали. Весь двор вдруг раз… и стал таким же, как до нападения.

Корнилов вспомнил неестественную чистоту в аккуратном внутреннем дворике «Чудь Inc.» и покачал головой.

– Ты-то что там делал?

– Интересно, – пожал плечами Нытик, – надо же знать, что в городе происходит.

– А узнал откуда?

– Случайно. – Уголовник посмотрел прямо в глаза Корнилову. – Честно, майор, домой ехал.

– Понятно. – Андрей встал. – Спасибо за компанию.

– Вот здесь список, – Нытик положил на стол листок бумаги. – Клубы, фирмы, в общем, все, куда нам ходу нет.

– Посмотрю, – пообещал майор и вышел из беседки.

* * *Москва, Киевский вокзал,"

"27 июля, вторник, 13.45

Легко шагнув на перрон, она резко остановилась и растерянно огляделась по сторонам. Толкотня и полная неразбериха, сопровождавшие прибытие всякого поезда, мгновенно сбили ее с толку, а обилие людей поразило в самое сердце. Казалось, их сотни, тысячи – спешащих по своим делам, суетливых и нервных обитателей этого сумасшедшего города.

– Это Москва, Марина, столица.

Она обернулась: дородная проводница с доброй улыбкой смотрела на растерянную провинциалку. Девушка сглотнула и тряхнула головой, словно отмахиваясь от наваждения.

– Моя Москва!

Высокая, сероглазая, с длинными густыми волосами и стройными ножками, она с напускной дерзостью посмотрела на проводницу:

– Это будет мой город!

Проводница покачала головой, Марина улыбнулась:

– Спасибо, тетя Маша.

– Да не за что. – Голос проводницы посерьезнел. – Матери позвонить не забудь, ты обещала.

– Я помню, – чуть насупилась девушка. Она уже почти жалела, что рассказала этой женщине свою нехитрую историю.

– С тебя станется.

– Прощайте, тетя Маша.