Во власти мажора

 – Какой ужас! Как же… Как же ты спасся?"

"– Они отпустили, когда поняли, что я не умоляю о спасении. Я бы предпочел сдохнуть, чем просить этих ублюдков отпустить меня.

– Ты бы предпочел умереть, чем просить?! В этом весь ты, Ратмир! – расплакалась она, крупные капли слез катились по щекам, и я снимал их губами. – И я в этом виновата, это всё из-за меня, – всхлипывала она.

– Я тоже так думал, – невесело усмехнулся я. – Поэтому и пристал к тебе с тем видео. Мне становилось легче, когда изводил тебя, мстил за то, что считал виноватой в случившемся, но сейчас понимаю, не это, так другое стало бы причиной.

Глупо винить кого-то кроме самого себя.

Мадина

Я даже представить себе не могла тех ужасов, что он пережил! Ратмир всегда казался мне злобным, нахальным, зажравшимся мажором, и я даже не думала о том, что вся эта агрессия была вызвана пережитым им ужасом!

– Мне так жаль! – всхлипнула я вновь, уже не сдерживая поток своих слез. – Если бы я знала, с какими последствиями тебе придется столкнуться… Я не имела никакого права запирать тебя и играть в благородство!

– Забудь об этом, принцесса, нечего забивать себе голову, – вытер он мои слезы и поцеловал веки, которые уже припухли из-за неконтролируемых слез.

 – И мне нисколько не жаль, что ты так поступила! Если бы не тот случай, мы были бы просто незнакомцами. Ну или ты вышла бы замуж за дядю Мурада, – усмехнулся он. – Стала бы моей тетушкой.

– Да ну тебя! – поморщилась я, представив такую перспективу.

– Знаешь, отец раньше не был таким, – неожиданно сменил он тему, вновь становясь серьезным.

 – Конечно, у него и тогда характер был не сахар, но всё же… Он изменился. Стал еще жестче, бескомпромиссным, для него всё черное или белое.

– А твоя мама? Как она умерла? – ни разу не слышавшая о ней, заинтересовалась я.

– Покончила с собой, – шокировал меня муж своим ответом. – Я не хочу об этом говорить.

– Господи…

– Никто не знает об этом. Отец сделал так, чтобы никто не узнал…

– Я… Я никому не скажу, – прошептала я, прижимаясь к его телу.

В нашей религии самоубийство было большим грехом, так что понятно, почему их отец скрыл это от всех. – Но, Ратмир, ты должен поговорить с отцом, он не показался мне безразличным, возможно, твое восприятие мешает…

– Нет! Я не собираюсь ничего выяснять, он сам по себе! – тут же вспыхнул он словно спичка.

– Ты не думал, что можешь ошибаться, как со мной? Вспомни, что ты думал обо мне? – не сдавалась я.

– Черт, принцесса, это другое! – пропыхтел он.