Вместе и навсегда

Сев обратно в шезлонг, Анаис изобразила жадный интерес к своему напитку.

Ее бикини не было нескромным, но это было тем не менее бикини. Это означало, что ее груди и ягодицы были откровенно обтянуты эластичным материалом, а его желтый цвет еще больше подчеркивал гладкость ее кожи.

Затем, взяв крем, она выпрямилась, перекинула прядь волос через плечо и посмотрела на Джавида, глаза которого были устремлены прямо на нее.

Он повелительным жестом протянул к ней руку.

— Позволь мне. — Его голос был хриплым.

Анаис напомнила себе, что теперь она не может отступить.

— Конечно.

Она протянула ему тюбик с солнцезащитным кремом. Затем, как только он взял его у нее, добавила:

— Только если я смогу отплатить услугой за услугу.

В его глазах мелькнуло настороженное удивление, и она молча поздравила себя, втайне довольная тем, что подтолкнула, если не совсем выдернула, коврик из-под его ног.

— Как я могу отказаться от такого предложения моей жены? — ответил он все еще хриплым голосом. Твердые бронзовые руки сжимали бутылку.

Анаис была счастлива снова опуститься на шезлонг, сила его пристального взгляда ослабила ее колени.

Он наблюдал за ней несколько долгих секунд, а затем одним плавным рывком переместился на ее шезлонг. Он поставил ее ногу себе на грудь, и ее дыхание сбилось.

Он едва коснулся ее, а она уже была… Нет, она была сильнее этого.

К тому времени, как она перевернулась и он провел руками по ее ягодицам, спине и прошелся вниз по изгибу одного бедра, Анаис отчаянно боролась за воздух.

— Мерси. Я думаю, теперь твоя очередь.

Он перестал разглядывать ее ягодицы, его глаза загорелись еще ярче. Она уловила вспышку настороженности в его глазах. Потом он поднялся и растянулся на своем собственном шезлонге, как пантера в своих владениях.

Анаис неуверенно взяла солнцезащитный крем и начала безмолвно молиться о том, чтобы она достойно прошла через испытание, которое сама себе устроила.

Глава 6

Воспоминание о том, какой гладкой и теплой была ее кожа под его прикосновением, разлилось по его венам.

Он стиснул зубы и мысленно покачал головой.

Он стал слишком много думать о ней.

У него была причина, по которой он приучил себя никогда не попадать в рабство к женщинам. Они были переменчивыми существами. Как и у его матери, их привязанность нарастала и угасала, как лунный цикл. И чаще всего их чувства к нему зависели от того, что они могли получить от него.