Вне клана

— Почему Рестам так испугался, когда я упомянул внутренние способности своего клана? — задал я вопрос, который сидел у меня в голове уже некоторое время. — Можно подумать, я пообещал убить их всех прямо там.

Кастиан хохотнул.

— Именно это ты и сделал.

— Объясни!

Кастиан не стал в очередной раз возмущаться тем, что я не знаю элементарных вещей. Должно быть, наконец привык к этому.

— Стать свидетелем проявления внутренних способностей Старшего клана — это подписать себе смертный приговор, — сказал он само-собой-разумеющимся тоном.

— То есть?

— То есть представители Старших кланов имеют право убить тех, кто узнал об их тайне.

Вот оно что.

Я потер подбородок, вспоминая слова Аманы, которые последовали за моим «признанием», ее обещание договориться с главой Шен.

— Имеют право, но не всегда это делают, так?

— Свидетелей оставляют в живых, если они соглашаются перейти в клан, о внутренних способностях которого узнали. Конечно, если их предыдущий глава даст свое согласие, и если они покажутся Старшему клану полезны.

Что ж, неудивительно, что Амана посмотрела на меня с такой укоризной, когда я выдал демонические свойства своей крови за «внутренние способности», а ей пришлось мне подыграть. Подозрения от себя я отвел, но клановцев Шен, получается, подставил, да и на Аману взвалил новые заботы.

Я вновь посмотрел на сидевшие на земле фигуры и ощутил странное грызущее чувство внутри.

Это было то, что называлось чувством вины? Я никогда еще не испытывал его. Неприятно.

Ладно, об этом можно будет подумать позднее. Я встряхнулся и, чтобы отвлечься, в очередной раз огляделся.

Та часть долины, куда перенесла нас Башня, казалась необитаемой — лишь бескрайнее поле высокой травы и далеко на западе, на самом горизонте, ряд высоких холмов. Именно там, за холмами, находилось, по словам Аманы, имение аль-Ифрит.

Чернота на востоке начала заметно бледнеть — короткая летняя ночь подходила к концу.

Я хотел позвать кого-нибудь и показать на существо, но не успел — в очередной раз взмахнув крыльями, оно вдруг начало уменьшаться, через мгновение став не больше точки, а потом и вовсе устремилось к земле.

— Амана, что за монстры здесь водятся? — спросил я, вернувшись к магичке.