Вне клана

Ожидаемо. На мгновение я задумался над тем, была ли клятва символической или несла для тех, кто ее нарушит, зримые последствия. Впрочем, нарушать ее я не собирался.

— Клянусь именем Хеймы, — произнес я, и мгновением позже эти слова повторил Кастиан.

— Хорошо. Вы когда-нибудь задумывались о том, почему башня называется Корневой?

Хм, я точно нет, поскольку о ее существовании узнал только сегодня.

— В мое время, — сказал Кастиан, — большинство ученых книжников считало, что башня выросла из каменных корней, которые уходят вниз, до самого огненного ядра земли.

Есть еще версия, что «Корневая» в названии означает «первая», и что эта башня странствовала по миру задолго до того, как наши предки научились строить дома из камня. Впрочем, теории корней она не противоречит.

Амана кивнула.

— Мой предок нашел эти каменные корни и с их помощью попал в башню. Вон там, — она махнула рукой в сторону, противоположную от башни. — Второй холм к востоку. Именно там они поднимаются на поверхность по ночам.

"

"— Подождем, пока полностью не стемнеет, — я посмотрел в сторону башни на отряд, ее осадивший. Могло показаться, что нас они не замечают, но рассчитывать на это было нереалистично. Явно давно заметили, но сочли лишь случайными путниками, а не соперниками за сокровища башни. А вот если мы, по непонятной им причине, двинемся к тому холму, могут заинтересоваться. Мне не хотелось получить врагов, идущих в темноте по моему следу.

Издалека второй холм к востоку ничем не отличался от всех остальных холмов на территории башни.

Отличий не появилось и когда мы подошли к нему вплотную — пологий, покрытый травой, абсолютно непримечательный.

Амана встала на колени и начала с корнями вырывать пучки травы, освобождая от нее небольшой клочок земли. От моего предложения помощи лишь отмахнулась. Когда стало видно почву, она вытащила нож и разрезала себе запястье так, чтобы капли крови падали именно на очищенную от растительности землю.

Сперва ничего не происходило, но потом — мне подумалось, что крови требовались эти мгновения как раз чтобы смочить почву — по земле прошла первая трещина.

Углубилась. Стала шире. И оттуда появилось нечто узловатое и потрескавшееся, похожее гигантское щупальце. В лунном свете было невозможно определить его точный цвет, но, наверное, он был таким же, как сама башня — серо-коричневым.

— Когда ход откроется, у нас будет совсем немного времени, чтобы попасть внутрь, — предупредила Амана.