Владыка башни

«Иначе говоря, королева Объединенного Королевства не является сторонницей Веры? Да, многое же там изменилось за пять лет», — изумленно подумал Ваэлин и спросил вслух:

— И ордена не возражали?

— Ну, Четвертый возражал, разумеется. Аспект Тендрис произнес множество речей на эту тему. В общинах тоже многие ворчали, опасаясь возвращения «красной руки» и всего такого прочего. Сейчас все более-менее устаканилось, а сразу после войны то и дело вспыхивали бунты. В последние два года, что я провел в Волчьем легионе, нас регулярно отправляли подавлять восстания в Азраэле.

* * *Следующий день застал их на равнинах, простирающихся к югу от реки Соленки. По сторонам дороги тянулись бесконечные поля пшеницы и златоцвета. У перекрестка, в нескольких милях от Овсяного дола, Ваэлин попросил Джанрила остановиться.

— У меня есть дело на восточной дороге, — сказал он. — Вечером я сам найду вас в городе.

Рива спрыгнула с крыши фургона и пошла рядом с Аль-Сорной.

— Тебе не обязательно идти со мной, — сказал он ей.

Та промолчала, лишь саркастически приподняла бровь. «Все еще боится, что я сбегу и оставлю ее без меча», — подумал Ваэлин и внутренне поморщился, представив, как она отреагирует, когда он расскажет ей правду о мече.

Через несколько миль показалась деревушка, расположенная в ивовой роще. Дома почти развалились, немногие сохранившиеся оконные рамы и двери покачивались на ржавых петлях, а сквозь гнилую солому на крышах виднелись стропила.

— Здесь никто не живет, — сказала Рива.

— И уже много лет.

Взгляд Ваэлина остановился на домике под самой высокой ивой. Они вошли внутрь. Пол, покрытый слоем пыли, обвалившийся кирпичный камин… Аль-Сорна вышел на середину комнаты, прикрыл глаза и запел.

Она всегда смеялась. Отец называл дочку «своей маленькой хохотушкой». Времена были тяжелые, семья часто голодала, но она все равно находила поводы для смеха. Она была счастлива здесь.

Песня изменилась, ее тон стал ниже, тревожнее.

Кровь на полу, мужчина кричит, держась за рану в ноге. Похоже, он солдат, на его мундире — азраэльский герб. Девочка лет четырнадцати выхватывает из огня раскаленную кочергу и бьет ею по ране, солдат визжит и падает без чувств.

«У меня есть кое-что для этой девочки, — произносит другой солдат, судя по одежде — сержант. Он кидает ей серебряный талант. Она никогда еще не видела столько денег за раз. — Ее дару позавидуют даже в Пятом ордене».