Владыка башни

Ледяная рука продолжала сжимать ее сердце, и голос был тусклым: слова дяди не укладывались в голове и не оставляли места эмоциям.

— Звучит как-то неправильно, — заметил Аркен. — Тебе нужно придумать титул получше. Может, графиня?

— Графини бывают только в Нильсаэле. — Она натянула повод, останавливая Ворчуна. Долгое время молча сидела в седле. Холод сменился ужасом, от которого заколотилось сердце. — Не могу я здесь оставаться, — наконец произнесла она дрожащим голосом. — Мне вообще нельзя было тут задерживаться.

— Но твой дядя хорошо к тебе относится.

— Ему нужен наследник, вот и все.

— Нет, не все. Он тебя любит, уж ты мне поверь.

«Или не меня, а призрак своего брата, на которого он хотел бы равняться».

— Северные пределы, — сказала она, потирая лоб неверной рукой. — Нам надо туда. Ты же сам говорил, что не будешь против.

— Говорил. Когда не было идей получше.

— Можем отправляться хоть сейчас. Кони у нас есть, оружие и деньги — тоже…

— Рива…

— Я просто не могу!

«Я всего лишь грязная, забывшая Отца грешница! Как ты не понимаешь?»

Она пустила Ворчуна в галоп, направляясь в сторону рощи.

Всадник приближался. Ворчун нервно переступал ногами, чуя умирающего собрата, который бежал из последних сил. «Северные пределы, — думала Рива.

"Пришпорив коня пятками, она двинулась навстречу всаднику. Тот был настолько вымотан, что едва заметил, как она схватила за повод его коня. Человек был одет в форму королевского гвардейца, на колете виднелись бурые пятна, а притороченные к седлу ножны пустовали.

— Где твоя сабля? — спросила Рива.

Он вздрогнул. Его лицо покрывала корка пота и крови. Человек в ужасе посмотрел на Риву, потом моргнул и огляделся.

— Это Алльтор? — прохрипел он.

— Да, Алльтор. Что с тобой случилось?

— Со мной? — Гвардеец оскалил зубы в усмешке, его глаза странно сверкнули. — Меня убили, девочка. Они всех нас убили. — Его смех превратился в гогот и тут же — в лающий кашель. Гвардеец пошатнулся и свалился на землю. Рива спешилась, сняла с седла Ворчуна бурдюк с водой и поднесла к губам раненого. Тот снова закашлялся, но сумел сделать несколько глотков. — Мне… надо видеть владыку фьефа, — прошептал он, напившись.