Владыка башни

 — Опухшие глазки лорда вдруг совершенно прояснились, он пристально следил за реакцией Чтеца. — Но на самом деле новость, которую я хотел бы вам сообщить, гораздо серьезнее. Видите ли, моя племянница не только подкована в Десятикнижии, она также прекрасно владеет мечом, ее мастерство определенно превышает мастерство моего покойного брата.

— Неужели? — Чтец изумленно взглянул на Риву. — Видимо, Отец щедро одарил ее талантами.

— Более чем, — подтвердил дядя Сентес. — Ведь он направил ее в мой дом в тот самый день, когда ко мне заявились убийцы.

Удивление Чтеца выглядело абсолютно искренним, Рива это видела: обвислые щеки старика задрожали, он испуганно заморгал. Это было лицо человека, узнавшего неприятную новость.

— Благословен будь тот, кто по воле Отца сохранил вам жизнь, — выдохнул он. — Убийцы живы?

— Нет, к сожалению. Одного из них сразила моя племянница, другого — гвардейцы. — Он помолчал, продолжая пристально глядеть в лицо Чтеца. — Однако третьему удалось ускользнуть.

На этот раз Чтец был не просто удивлен, но искренне встревожен. «Он знает, — подумала Рива. — Знает, кто тот священник». Она почувствовала, как сжимаются ее кулаки при виде скорбной физиономии старика."

"— Увы, святое призвание не может уберечь нас от ложных идей, — произнес Чтец. — Еретические речи вашего брата нашли отклик во многих сердцах, в том числе и в среде священства. Разумеется, я не премину воспользоваться всеми доступными церкви средствами, чтобы негодяй понес заслуженное наказание.

Велисс достала новый свиток, поменьше, и положила на стол перед Чтецом.

— Да, этого вполне будет достаточно, госпожа, — сказал тот. — Я прикажу немедля сделать копии и разослать во все храмы. Заверяю вас, что церковь не будет покрывать преступника.

Рива шагнула вперед, сжав кулаки. Дядя мягко, но решительно взял ее под руку.

— Благодарю за участие, Святой Чтец, — произнес лорд.

— Смущайте мой покой хоть каждый день, милорд. — Чтец улыбнулся Риве. — Особенно если вы будете делать это в такой очаровательной компании.

Дядя поднялся и, не отпуская руку Ривы, направился к двери, но девушка не двинулась с места.

— «Ложь, — процитировала она Чтецу, — это грех, распознать который тяжелее всего, поскольку кривда часто рядится в ласку, а правда — в жестокость».

— Именно так, моя дорогая.