Ветер с востока

Но его грызло чувство вины за то, что он не вернулся к С иней в. То, что он не нес ответственности за свои действия, пока находился на борту шхуны, как раз сыграло ему на руку. «Это — ветер с Востока, — думал он. — Он несет меня домой!»"

"В сентябре наступили холода. Шкипер все больше нервничал. Он курил свою махорку и орал на команду так, будто хотел, чтобы матросы прыгали в море и толкали шхуну вперед. Они сумели пройти мимо мыса Канина и были на пути в Белое море, когда ударили жестокие морозы. Со страхом они смотрели, как покрывались льдом оснастка и корпус шхуны.

Теперь все свое время команда занималась скалыванием льда, чтобы судно не пошло ко дну. Только штурвальный не делал эту работу. Вендель, естественно, помогал, испуганный белым призраком, который, казалось, дышал на судно и одевал его в новый наряд. Вендель был тепло одет с головы до ног, но кисти рук он должен был держать открытыми, и они все больше коченели.

Они работали днем и ночью, чтобы освободить судно ото льда. Они были на пути прямо в Архангельск.

Приставать теперь к суше было бы бессмысленным, тут не было ничего, кроме промерзшей пустыни.

Вендель не думал больше ни о чем другом, кроме как о том, чтобы благополучно добраться до Архангельска. Планы возвращения домой, в Швецию, он отложил на потом. Ведь пока он не проделал и половины пути.

Началась снежная метель, затруднявшая их работу. А однажды ночью случилось то, чего они особенно боялись:

— Мы тонем! — заорал один из членов команды, обезумев со страху.

— Пока еще нет, — крикнул в ответ Вендель.

Погода теперь изменилась. Вместо вечно светившего солнца царил глубокий мрак, сменявшийся днем голубовато-серыми сумерками. По-настоящему светло не становилось никогда, и они должны были напрягать зрение, чтобы видеть, где скалывать лед. Вендель взял большой молоток и стал разбивать лед на кренившейся стороне судна. Другие люди, объятые лихорадочным страхом, помогали ему. Шкипер выкрикивал слова команды, которые никто не слышал из-за стука. Казалось, им удалось немного выровнять судно так, что оно не имело больше того опасного угла крена.

Один из членов команды переусердствовал и наклонился слишком далеко, чтобы сбить ледяные комья. Он упал головой в воду, но сумел уцепиться одной рукой за поручень. Другие бросились к нему, чтобы вытащить.

— Я застрял! — вопил он. — Я застрял во льду.

Вокруг корпуса шхуны все время торосился лед, и в такой паковый лед попала его нога. Вендель обвязался канатом и выпрыгнул.